208 коап комментарии

Статья 208. Подача заявления об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности

1. Заявление об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности подается в арбитражный суд по месту нахождения или месту жительства заявителя либо по месту нахождения административного органа, которым принято оспариваемое решение о привлечении к административной ответственности.

2. Заявление может быть подано в арбитражный суд в течение десяти дней со дня получения копии оспариваемого решения, если иной срок не установлен федеральным законом.

В случае пропуска указанного срока он может быть восстановлен судом по ходатайству заявителя.

3. По ходатайству заявителя арбитражный суд может приостановить исполнение оспариваемого решения.

4. Заявление об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности государственной пошлиной не облагается.

Комментарий к статье 208 Арбитражного Процессуального Кодекса РФ

1. О территориальной подсудности по данной категории дел см. ст. ст. 35 — 37, а также комментарий к ст. 37 АПК РФ. Акты несудебных органов и должностных лиц по делам об административных правонарушениях могут быть обжалованы в арбитражные суды субъектов РФ, которые рассматривают эти споры по общим правилам искового производства с особенностями, установленными КоАП и гл. 25 АПК РФ. Решение суда первой инстанции, как и другие решения, может быть обжаловано в суд апелляционной, кассационной инстанций и стать предметом рассмотрения Высшего Арбитражного Суда РФ по правилам, установленным в гл. 34, 35 и 36 АПК РФ.

2. Часть 2 комментируемой статьи распространяется и на случаи предъявления прокурором требований об отмене вступившего в законную силу постановления по делу об административном правонарушении .

Постановления Пленума ВАС РФ от 9 декабря 2002 г. N 11 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» (абз. 2 п. 18); от 27 января 2003 г. N 2 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» (абз. 2, 3 п. 14).

3. В настоящее время федеральными законами не устанавливаются иные сроки обжалования в арбитражные суды постановлений по делам об административных правонарушениях. В случае пропуска 10-дневного срока, установленного ч. 2 комментируемой статьи, данный срок может быть восстановлен в соответствии со ст. 117 АПК РФ (см. комментарий к данной статье).

В противном случае согласно ч. 2 ст. 115 АПК РФ заявления, поданные по истечении процессуальных сроков, если отсутствует ходатайство о восстановлении или продлении пропущенных сроков, не рассматриваются арбитражным судом и возвращаются лицам, которыми они были поданы.

4. О приостановлении исполнения постановления и сроке приостановления судьей арбитражного суда указывается в отдельном определении или в определении о принятии дела к производству. Приостановление исполнения постановления оканчивается с истечением срока приостановления, если заявление организации или индивидуального предпринимателя оставлено без удовлетворения. В этом случае также приостанавливается течение срока давности исполнения постановления, предусмотренного ст. 31.9 КоАП РФ, согласно ч. 3 которой в случае отсрочки или приостановления исполнения постановления о назначении административного наказания течение срока давности приостанавливается до истечения срока отсрочки или срока приостановления.

Ходатайство о приостановлении исполнения оспариваемого акта рассматривается по правилам обеспечения иска.

5. Если при решении вопроса о принятии заявления к производству установлена неподсудность дела данному арбитражному суду, то суд на основании п. 1 ч. 1 ст. 129 АПК РФ возвращает заявление, о чем выносит определение.

Уголовно-правовые аспекты отграничения состава преступления по статье 208 УК РФ от смежных составов преступлений и иных правонарушений

(Магомедов Т. М.-С.) («Современное право», 2010, N 8) Текст документа

УГОЛОВНО-ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ ОТГРАНИЧЕНИЯ СОСТАВА ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПО СТАТЬЕ 208 УК РФ ОТ СМЕЖНЫХ СОСТАВОВ ПРЕСТУПЛЕНИЙ И ИНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЙ

——————————— Magomedov T. Criminal-legal aspects of differentiation of article 208 of the Criminal code of Russian Federation from closely related crimes and other offences.

Магомедов Т. М.-С., кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовного права и криминологии юридического факультета Дагестанского государственного университета.

Проводится отграничение организации незаконного вооруженного формирования или участия в нем от смежных составов преступлений и административных правонарушений по наиболее существенным объективным и субъективным признакам. Рассматриваются позиции разных авторов, высказанные в научной литературе и теории уголовного права. Впервые предпринимается попытка провести отграничение состава преступления по ст. 208 УК РФ от смежных составов преступлений по статьям 239, 209, 210 УК РФ, а также по ст. 20.16 КоАП РФ.

Ключевые слова: статья 208 УК РФ, смежные преступления, смежные правонарушения, отграничение, правильная квалификация.

The article draws a differentiation between organization of illegal armed formations or participation in them and the closely related corpuses delicti and administrative offences. This differentiation is based on the most relevant and objective criteria. The author presents points of view of different scholars on the problem under consideration proposed in scientific literature and the theory of criminal law. He tries to distinguish article 208 of the Russian Federation’s Criminal Code from the adjacent articles 239, 209, 210 of the Criminal Code and article 20.16 of the Code of the Administrative Law, which is done for the first time.

Key words: article 208 of the Russian Federation’s Criminal code, adjacent crimes, adjacent offences, delimitation, and corrects qualification.

В практике следственных и судебных органов возникает немало проблем, связанных с отграничением состава преступления, предусмотренного ст. 208 «Организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем» УК РФ, от смежных составов преступлений и других правонарушений. В этой связи предлагаем рассмотреть проблемные аспекты обособления состава преступления по ст. 208 УК РФ от сходных составов преступлений и иных правонарушений. С позиций теории уголовного права обособление свойств преступления от признаков смежных составов является частью процесса квалификации преступления. По этому поводу В. Н. Кудрявцев отмечал: «Разграничение преступлений есть обратная сторона квалификации» . ——————————— Кудрявцев В. Н. Общая теория квалификации преступлений. М., 2004.

Из числа преступлений, смежных с организацией незаконного вооруженного формирования или участием в нем, сравнение, на наш взгляд, целесообразно начать с тех составов преступлений, которые, как и данное деяние, носят групповой организованный характер. К таковым относятся бандитизм (ст. 209 УК РФ), организация преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней) (ст. 210 УК РФ). Бандитизм, как и организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем, имеет родовым и видовым объектом общественную безопасность, субъектом — вменяемое лицо, достигшее 16 лет, и совершается только умышленно. В пункте 2 Постановления Пленума ВС РФ от 17.01.1997 N 1 «О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм» (далее — Постановление N 1) под бандой понимается организованная устойчивая вооруженная группа из двух и более лиц, заранее объединившихся для совершения нападений на граждан или организации. В то же время бандитизм имеет свои особенности, позволяющие отграничивать ст. 209 УК РФ от ст. 208 УК РФ и отличать банду от незаконного вооруженного формирования. Наиболее существенным признаком, отличающим бандитизм от организации незаконного вооруженного формирования или участия в нем, представляется наличие указания в ст. 209 УК РФ цели создания банды — «нападение на граждан или организации». В статье 208 УК РФ цели не указаны. На практике они могут носить разнообразный характер. Наряду с главной субъективной особенностью отдельными авторами указывается на ряд таких объективных отличительных признаков, как устойчивость и вооруженность. Согласиться с этим можно лишь частично. А. В. Павлинов считает, что именно устойчивая совместная деятельность участников вооруженной группы служит основанием для признания ее бандой. По его мнению, об устойчивости группы могут свидетельствовать: нацеленность ее членов на неоднократное совершение преступлений; тщательное распределение ролей при их совершении; формирование ситуации «затягивающей воронки», в которую можно войти, но нельзя выйти; наличие «общака» — специального денежного фонда для нужд такой группы в необходимых (экстренных) случаях; поддержание круговой поруки. Для организации незаконного вооруженного формирования или участия в нем устойчивость не является конститутивным признаком . ——————————— См.: Павлинов А. В. Чем незаконное вооруженное формирование отличается от банды // Российская юстиция. 2000. N 4. С. 46.

Однако из этого не следует, что устойчивость не присуща незаконному вооруженному формированию. Напротив, В. В. Мальцев правильно, на наш взгляд, отмечает: «Банда обладает устойчивостью, что обычно характерно и для незаконного вооруженного формирования» . Более того, сама банда не всегда обладает устойчивостью в полном смысле, так как в соответствии с п. 2 Постановления N 1 может быть создана и для совершения одного, но требующего тщательной подготовки нападения. ——————————— Мальцев В. В. Ответственность за организацию незаконного вооруженного формирования или участие в нем // Там же. 1999. N 2. С. 45.

Банда и незаконное вооруженное формирование имеют обязательным своим признаком вооруженность. При этом степень и характер их вооруженности отличаются. Согласно п. 5 Постановления N 1 «банда признается вооруженной при наличии оружия хотя бы у одного из ее членов и осведомленности об этом других членов банды». В незаконном вооруженном формировании признак вооруженности присущ всему формированию (объединению, отряду, дружине или иной группе). Вооруженность незаконного вооруженного формирования как минимум должна быть такой, чтобы хотя бы несколько вооруженных его членов при поддержке других участников формирования были способны провести операцию по типу военной (боевой), а не просто нападение на гражданина или организацию. Однако это положение не срабатывает, если речь заходит о тяжелых видах оружия, военной технике или об оружии массового поражения. В таких случаях достаточным может оказаться наличие у членов незаконного вооруженного формирования и одной единицы указанного оружия или техники. Кроме того, различными являются характер и содержание вооруженности. Если для банды признак вооруженности образует наличие у его членов газового, холодного и пневматического оружия, то для незаконного вооруженного формирования наличия только этих видов оружия (для признака вооруженности) недостаточно. Банда может иметь в своем составе минимум двух членов, а число членов незаконного вооруженного формирования (даже с учетом диспозиции ч. 1 ст. 208 УК РФ) должно соответствовать хотя бы самому малому первичному звену воинской части (отделению, экипажу, расчету). Если члены незаконного вооруженного формирования владеют более мощным (в сравнении с боевым ручным стрелковым) оружием, данное правило не действует. В литературе встречается мнение, согласно которому банда и незаконное вооруженное формирование являются схожими категориями. Так, Н. Г. Иванов считает, что банда и незаконное вооруженное формирование — это «близнецы-братья», имеющие все черты групп, описанных в Общей части УК РФ, отличающиеся от иных вооруженностью, но очень схожие между собой. Автор задается вопросом: «А разве незаконное вооруженное формирование не может планировать нападения на граждан или организации? В то же время разве банда — законное вооруженное формирование?» . ——————————— Иванов Н. Г. Нюансы уголовно-правового регулирования экстремистской деятельности как разновидности группового совершения преступлений // Государство и право. 2003. N 5. С. 45.

Статья 210 «Организация преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней)» УК РФ наряду со статьями 208, 209 входит в главу 24 «Преступления против общественной безопасности» УК РФ. Общность главы УК РФ предполагает совпадение видового объекта и субъекта обоих преступлений. Статья 210, как и ст. 208, содержит норму-стимул в виде примечания, включенную в УК РФ Федеральным законом от 08.12.2003 N 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации». Основные отличия между обозначенными преступлениями проводятся по вооруженности (объективный состав) и цели образования (субъективный состав). Вооруженность — обязательный признак ст. 208 УК РФ, заложенный в самом названии и законодательной конструкции данной уголовно-правовой нормы. Для ст. 210 УК РФ вооруженность не является обязательным свойством. Преступное сообщество может быть вооруженным, а равно функционировать и без какого-либо оружия. Обязательный признак ст. 210 УК РФ — цель — совместное совершение одного или нескольких тяжких или особо тяжких преступлений. В статье 208 УК РФ цель не указана и, следовательно, не является обязательным признаком данного преступления. В действительности они могут быть различными. В части 3 ст. 210 УК РФ, как и в ч. 3 ст. 209 УК РФ, содержится квалифицирующий признак «совершенные лицом с использованием своего служебного положения», который раскрывается в п. 11 Постановления N 1 и п. 16 Постановления Пленума ВС РФ от 10.06.2008 N 8 «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации)» (далее — Постановление N 8). Часть 4 ст. 210 УК РФ предусматривает новый особо квалифицирующий признак — «совершенные лицом, занимающим высшее положение в преступной иерархии». Статья 208 УК РФ не содержит квалифицирующих признаков. Примечание к ст. 210 УК РФ, в отличие от примечания к ст. 208 УК РФ, распространяется не только на участников, но и на создателей и руководителей преступных сообществ (преступных организаций). Это вытекает из действующей редакции примечания к ст. 210 УК РФ, а также п. 17 Постановления N 8. В научной литературе была высказана точка зрения, в соответствии с которой самым главным отличительным признаком незаконного вооруженного формирования, банды и преступного сообщества (при совпадении основных признаков) может быть установка, соглашение при их создании на разное количество преступных деяний . Данная позиция представляется нам недостаточно аргументированной и весьма сомнительной. ——————————— См.: Гришко Е. А. Организация преступного сообщества (преступной организации): уголовно-правовой и криминологический аспекты: Дис. … канд. юрид. наук. М., 2000. С. 120.

От организации незаконного вооруженного формирования или участия в нем необходимо отграничивать вооруженный мятеж (ст. 279 УК РФ). На практике проблемы могут возникнуть из-за того, что каждому из преступлений присущ признак вооруженности и они носят групповой, массовый характер. Однако имеются критерии, позволяющие достоверно проводить отграничение ст. 279 УК РФ от ст. 208 УК РФ. Прежде всего следует обратить внимание на объект преступных посягательств каждого из деяний. Если организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем нарушают общественную безопасность, то вооруженный мятеж подрывает основы конституционного строя, территориальную целостность и безопасность государства. Другим отграничивающим критерием выступает характер (содержание) деяний каждого из преступлений. Статья 208 УК РФ не предусматривает совершения активных действий по поводу вооруженных выступлений против власти. Статья 279 УК РФ предполагает активные действия, направленные на подрыв конституционного строя и безопасности государства, а также необходимые для вооруженного выступления (агитация, разведка, предоставление оружия, транспорта и т. п.). Незаконные вооруженные формирования носят организованный характер, а мятежные отряды и соединения могут образовываться стихийно, хаотично. Обязательным признаком вооруженного мятежа является наличие хотя бы одной из следующих целей: свержение или насильственное изменение конституционного строя Российской Федерации; нарушение территориальной целостности Российской Федерации. Статья 208 УК РФ подобных или каких-либо целей не указывает. Актуальным остается вопрос отграничения организации незаконного вооруженного формирования или участия в нем от террористического акта (ст. 205 УК РФ). Прежде всего следует отметить, что террористический акт — это многообъектное преступление, посягающее на общественную безопасность, нормальное функционирование органов власти, а также жизнь и здоровье граждан (дополнительный объект). Организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем являются однообъектным преступлением и направлены против общественной безопасности в целом. Другим отличительным признаком организации незаконного вооруженного формирования или участия в нем от террористического акта выступает вооруженность. Для незаконного вооруженного формирования она обязательна, и на его вооружении могут находиться разные виды и количество оружия. Для террористического акта вооруженность факультативна. Специфическим признаком ст. 208 УК РФ, отличающим ее от ст. 205 УК РФ, можно считать количественный состав. Незаконное вооруженное формирование после завершения его комплектования может насчитывать от нескольких десятков до сотен и даже тысяч членов. Террористический акт исполняется как группой лиц, так и одним человеком. Кроме объективных признаков, разграничение между рассматриваемыми составами преступлений следует проводить и по субъективным свойствам, в частности по цели. Субъективная сторона террористического акта характеризуется наличием специальной задачи: оказание воздействия на принятие решения органами власти или международными организациями. Субъективная сторона организации незаконного вооруженного формирования или участия в нем подобных или иных целей не предусматривает. Наконец, разграничение статей 205 и 208 УК РФ следует проводить по субъекту преступления. Хотя он в обоих случаях общий, уголовная ответственность за террористический акт установлена с 14 лет (ч. 2 ст. 20 УК РФ), а за организацию незаконного вооруженного формирования или участие в нем — с 16 лет. Мы поддерживаем мнение А. В. Павлинова о том, что нередко «незаконные вооруженные формирования вырождаются в уголовно-политические банды, а затем и в группировки террористов международного характера» . ——————————— Павлинов А. В. Указ. соч. С. 45.

Еще одним смежным преступлением, при отграничении от которого организации незаконного вооруженного формирования или участия в нем могут возникать определенные проблемы, является организация объединения, посягающего на личность и права граждан (ст. 239 УК РФ). Хотя оба преступления располагаются в одном разделе — разделе IX «Преступления против общественной безопасности и общественного порядка» УК РФ, у них разные видовые и непосредственные объекты. Организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем посягают на общественную безопасность и установленный федеральным законодательством порядок создания и функционирования вооруженных формирований в государстве. Организация объединения, посягающего на личность и права граждан, направлена против здоровья населения и обеспечения соблюдения принятых норм права и общественной морали. С объективной стороны форма и содержание деяний рассматриваемых преступлений тоже различаются. По конструкции объективной стороны ст. 208 УК РФ можно определить к формально-усеченным составам, в то время как ст. 239 УК РФ относится к формально-материальным (преступление окончено в том числе при причинении вреда здоровью граждан). Объективной стороне ст. 239 УК РФ может быть присущ признак насилия в качестве конститутивного, но не указан в качестве такового признак вооруженности. Для статьи 208 УК РФ, наоборот, обязательным является признак вооруженности, но не указан в диспозиции признак насилия. По мнению некоторых авторов, религиозное или общественное объединение аккумулирует в себе практически все черты, присущие всем без исключения групповым формированиям, описанным в Общей части УК РФ. Одновременно такая организация явно напоминает экстремистское сообщество по признаку «совершение иных противоправных деяний» . ——————————— См.: Иванов Н. Г. Указ. соч. С. 46.

В 2002 году в УК РФ появились новые составы преступлений, предусмотренные статьями 282.1, 282.2, смежные с составом ст. 208. Естественно, в теории уголовного права и правоприменительной практике возник вопрос их отграничения от ст. 208 УК РФ. Статья 282.1 «Организация экстремистского сообщества» введена в УК РФ Федеральным законом от 25.07.2002 N 112-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности» (далее — Закон N 112-ФЗ). Федеральный закон от 25.07.2002 N 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» (ст. 1) к экстремистской деятельности относит в числе прочих и создание незаконных вооруженных формирований. Статьи 282.1 и 208 находятся в разных разделах и главах УК РФ. Поэтому объектом ст. 282.1 является государственная власть, а также конституционный строй и безопасность государства. А объектом ст. 208 УК РФ выступает общественная безопасность в широком и узком смысле. Статья 208 УК РФ включает вооруженность в качестве обязательного признака. Для объективной стороны ст. 282.1 УК РФ вооруженность не является обязательной, хотя часто экстремистские сообщества имеют оружие. Организация экстремистского сообщества или участие в нем предусматривают наличие определенных в законе (в п. 2 примечания к ст. 282.1 УК РФ) целей и мотивов. Организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем не содержат цели и мотивы, однако они вполне могут быть такими же, как у экстремистского сообщества (например, воспрепятствование проведению митинга из-за национальной вражды или вандализм на почве религиозной ненависти). Статья 282.2 «Организация деятельности экстремистской организации» тоже введена в УК РФ Законом N 112-ФЗ. Статья 282.2 УК РФ отграничивается от ст. 208 УК РФ в основном по тем же признакам, что и ст. 282.1 УК РФ: по объекту посягательства и вооруженности. Обособление рассматриваемых преступлений по мотивам и целям не проводится, потому что для экстремистской организации они так же, как и для незаконного вооруженного формирования, не предусмотрены УК РФ. Незаконное вооруженное формирование может создаваться в различных целях преступного и непреступного характера, в том числе для борьбы с криминалом, охраны физических и юридических лиц. В этой связи необходимо отграничивать создание незаконных вооруженных формирований от незаконного создания частных детективных или охранных предприятий и служб безопасности в организациях, которые могут иметь в своем арсенале не только спецсредства, но и огнестрельное оружие. Ответственность за осуществление частной детективной или охранной деятельности без специального разрешения (лицензии) предусмотрена административным законодательством в ч. 1 ст. 20.16 КоАП РФ, а за создание в организации службы безопасности без лицензии — в ч. 2 ст. 20.16 КоАП РФ. Несмотря на некоторые общие черты, ст. 208 УК РФ и ст. 20.16 КоАП РФ имеют свои индивидуальные особенности и принципиально отличаются. Прежде всего необходимо отметить, что ответственность за незаконное создание частных охранных предприятий, частных детективных предприятий и служб безопасности установлена ст. 20.16 «Незаконная частная детективная или охранная деятельность» КоАП РФ. То есть речь в данном случае идет об административной, а не об уголовной ответственности. Частные охранные предприятия, частные детективные предприятия и службы безопасности создаются для достижения целей и решения задач, предусмотренных Законом РФ от 11.03.1992 N 2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации». Про незаконное вооруженное формирование нельзя сказать что-либо подобного. Наконец заметим, что признак вооруженности, обязательный для ст. 208 УК РФ, не является таковым для ст. 20.16 КоАП РФ. В заключение хотелось бы отметить: отграничение состава преступления по ст. 208 УК РФ от смежных преступлений и иных правонарушений представляет процесс мыслительной деятельности дознавателя, следователя, судьи. Его следует рассматривать в аспекте правильной квалификации преступления. Такая квалификация, безусловно, будет способствовать обоснованному привлечению к уголовной ответственности виновных лиц, назначению им справедливого наказания и предупреждению совершения новых преступлений.

Статья 208. Подача заявления об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности

1. Заявление об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности подается в арбитражный суд по месту нахождения или месту жительства заявителя либо по месту нахождения административного органа, которым принято оспариваемое решение о привлечении к административной ответственности .

2. Заявление может быть подано в арбитражный суд в течение десяти дней со дня получения копии оспариваемого решения, если иной срок не установлен федеральным законом.

В случае пропуска указанного срока он может быть восстановлен судом по ходатайству заявителя.

3. По ходатайству заявителя арбитражный суд может приостановить исполнение оспариваемого решения.

4. Заявление об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности государственной пошлиной не облагается.

Комментарий к статье 208 АПК РФ

1. Выбор между арбитражными судами, которым подсудно дело по заявлению об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности, принадлежит заявителю.

________________
См.: О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях: Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 2 июня 2004 года N 10 // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. — 2004. N 8.

2. Согласно ч.1 ст. 30.2 КоАП РФ заявление об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности может быть подана не только непосредственно в арбитражный суд, но и в орган, должностному лицу, которыми вынесено постановление по делу. Указанный орган, должностное лицо обязаны в течение трех суток со дня поступления заявления направить его со всеми материалами дела в арбитражный суд. Но и в этом случае заявление должно быть составлено в соответствии с требованиями АПК РФ.

3. Форма заявления, с которым в арбитражный суд могут обратиться граждане, организации и иные лица, считающие, что решения административного органа о привлечении их к административной ответственности незаконно, а равно потерпевшие, определена ст. 209 АПК РФ.

4. В случае если рассмотрение заявление об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности (жалобы на постановление по делу об административном правонарушении) не относится к компетенции арбитражного суда, в который обжаловано постановление по делу об административном правонарушении, заявление (жалоба) в соответствии с требованиями направляется на рассмотрение по подведомственности в течение трех суток (ч.4 ст. 30.2 КоАП РФ).

5. Об отклонении ходатайства о восстановлении срока обжалования постановления по делу об административном правонарушении выносится определение (ч.4 ст. 30.3 КоАП РФ).

6. Подробнее о восстановлении процессуальных сроков см. содержание и комментарий ст. 117 АПК РФ.

7. См. также комментарий ст. ст. 4, 35, 189, 199, 203, 248 АПК РФ.

Консультации и комментарии юристов по ст 208 АПК РФ

Если у вас остались вопросы по статье 208 АПК РФ и вы хотите быть уверены в актуальности представленной информации, вы можете проконсультироваться у юристов нашего сайта.

Задать вопрос можно по телефону или на сайте. Первичные консультации проводятся бесплатно с 9:00 до 21:00 ежедневно по Московскому времени. Вопросы, полученные с 21:00 до 9:00, будут обработаны на следующий день.

Статья 2.1. Административное правонарушение

СТ 2.1 КоАП РФ

1. Административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое настоящим Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

2. Юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых настоящим Кодексом или законами субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

3. Назначение административного наказания юридическому лицу не освобождает от административной ответственности за данное правонарушение виновное физическое лицо, равно как и привлечение к административной или уголовной ответственности физического лица не освобождает от административной ответственности за данное правонарушение юридическое лицо.

Комментарий к Ст. 2.1 Кодекса об Административных Правонарушениях РФ

1. Комментируемая статья определяет понятие административного правонарушения как основания административной ответственности, а также правила привлечения к административной ответственности юридических лиц, которые с принятием КоАП РФ впервые официально указаны в качестве субъектов административного правонарушения.

Несмотря на то что гл. 2 КоАП РФ называется «Административное правонарушение и административная ответственность», понятие административной ответственности в ней не дано.

В юридической литературе под административной ответственностью принято понимать комплекс неблагоприятных для лица правовых последствий в виде предусмотренных административно-правовой нормой мер административного наказания, применяемых уполномоченным органом, должностным лицом или судьей в связи с совершением этим лицом административного правонарушения.

В содержание административной ответственности входят следующие элементы:

— отрицательная оценка противоправного действия (бездействия) и субъекта, его совершившего, выражающаяся в осуждении виновного от имени государства;

— назначение виновному лицу административного наказания;

— неблагоприятные юридические последствия для лица, привлеченного к административной ответственности, связанные с состоянием административной наказанности (см. комментарий к ст. 4.6 КоАП РФ).

Исходя из анализа сформулированного в ч. 1 ст. 2.1 КоАП РФ понятия административного правонарушения, а также задач и принципов законодательства об административных правонарушениях, выделяют два основания административной ответственности: материальное (фактическое) и юридическое.

Материальным основанием административной ответственности является совершение предусмотренного КоАП РФ или законом субъекта РФ деяния в форме действия или бездействия.

Под юридическим основанием административной ответственности понимается состав административного правонарушения, который представляет собой совокупность установленных законом объективных и субъективных признаков, характеризующих конкретное деяние как административное правонарушение.

2. Понятие административного правонарушения раскрывается через его признаки, которые охватывают: противоправность, виновность, наказуемость.

Первый признак административного правонарушения — противоправность — означает совершение лицом деяния, запрещенного нормой права. Причем речь идет о нормах не только административного, но и других отраслей права: конституционного, финансового, налогового, экологического и др. Такие нормы могут содержаться как в федеральных законах и иных нормативных правовых актах РФ, так и в нормативных правовых актах субъектов РФ и органов местного самоуправления. Обязательный компонент противоправности состоит в том, что соблюдение этих норм охраняется мерами административной ответственности, которые устанавливаются КоАП РФ или законом субъекта РФ об административных правонарушениях.

Указание закона на виновность как на признак административного правонарушения означает, что российский законодатель стоит на позиции субъективного, а не объективного вменения, отвергая возможность привлечения к административной ответственности без наличия вины. Признание приоритета субъективного вменения в противовес объективному вменению подтверждается наличием ст. 1.5 КоАП РФ, согласно которой лицо подлежит административной ответственности только за те правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

Одним из важнейших признаков административного правонарушения является наказуемость, которая означает, что конкретное действие или бездействие может быть признано административным правонарушением только в том случае, если за его совершение установлена административная ответственность, т.е. предусмотрено административное наказание.

В ст. 2.1 КоАП РФ в отличие от КоАП РСФСР отсутствует положение о том, что административная ответственность за правонарушения наступает, если они не влекут за собой уголовной ответственности. Однако косвенно об этом говорится в п. 7 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, согласно которой наличие по одному и тому же факту совершения противоправных действий (бездействия) лицом, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, постановления о возбуждении уголовного дела является обстоятельством, исключающим административную ответственность. Кроме этого, в отдельных статьях Особенной части КоАП РФ имеется оговорка «если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния». Такая оговорка есть, например, в статьях гл. 5 КоАП РФ о нарушениях избирательного права (ст. ст. 5.16, 5.19, 5.20 и др.). Таким образом, для признания деяния административным правонарушением необходимо, чтобы оно не содержало признаков преступления.

Из этого следует два важных вывода: во-первых, о недопустимости квалификации одного и того же деяния в качестве преступления и правонарушения; во-вторых, о приоритете уголовной ответственности при наличии в деянии признаков и преступления, и административного правонарушения, чего нельзя исключить в связи с наличием в Особенной части КоАП РФ значительного числа норм, требующих размежевания с нормами УК РФ.

Необходимо также учесть, что если административное правонарушение предшествует преступлению и не является этапом или способом его совершения, то лицо может быть привлечено как к административной, так и к уголовной ответственности по совокупности совершенных им деяний.

В течение десятилетий в науке административного права ведется дискуссия о том, обладают ли административные правонарушения качеством общественной опасности, или этот признак присущ только уголовным деяниям. Так, некоторые представители административно-правовой науки считают, что сущность административного правонарушения определяется его общественной опасностью. Например, некоторые авторы пишут, что административное правонарушение, являясь противоправным деянием, уже содержит в себе признаки общественной опасности. И далее: «. этот признак присущ не только преступлениям (ст. 14 УК РФ закрепляет данный признак), но и административным правонарушениям, так как объект посягательства у них часто совпадает, степень общественной опасности во многих случаях является критерием разграничения правонарушений от преступлений» .

Комментарий к Кодексу Российской Федерации об административных правонарушениях. М., 2002. С. 123 — 124 (автор комментария к гл. 21 — И.Б. Кузьмичева). См. также: Административное право: Учеб. / Под ред. Л.Л. Попова, М.С. Студеникиной. М., 2013. С. 277 — 278.

Есть и иная точка зрения, в соответствии с которой социальная сущность административных правонарушений выражается в том, что они являются асоциальными, общественно вредными деяниями, а критерий «общественная опасность» может быть отнесен только к уголовным преступлениям. Так, Н.Ф. Кузнецова отмечает, что в случаях идентичности объектов охраны (собственности, общественного порядка, экологии и т.д.) и форм вины различие между уголовно и административно наказуемыми деяниями проходит главным образом по степени антисоциальности и характеру таковой. В преступлениях она всегда выше и законодателем обозначена термином «общественная опасность». В административных правонарушениях антисоциальность терминологически в законе не определена .

См.: Кузнецова Н.Ф. Проблемы квалификации преступлений: Лекции по спецкурсу «Основы квалификации преступлений» / Науч. ред. В.Н. Кудрявцев. М., 2007. С. 208.

3. Раскрывая понятие административного правонарушения, законодатель не указывает на его состав. Вместе с тем в теории административного права и на практике именно состав административного правонарушения называют юридическим основанием административной ответственности. Данный вывод вытекает и из анализа процессуальных норм КоАП РФ, в частности положений его ст. 24.5, согласно которой отсутствие состава административного правонарушения является одним из обстоятельств, исключающих производство по делу, в связи с чем возбужденное дело об административном правонарушении подлежит прекращению.

Состав административного правонарушения включает в себя следующие элементы: объект, объективная сторона, субъект, субъективная сторона.

Объект административного правонарушения — это охраняемые законом общественные отношения, на которые направлены противоправные действия (бездействие) и которым они могут причинить вред.

Объективная сторона административного правонарушения выражается в конкретном действии или бездействии. В зависимости от особенностей конструкции объективной стороны все составы административных правонарушений делятся на два вида:

1) материальные, обязательным признаком которых является наличие вредных последствий деяния и причинной связи между ними;

2) формальные, для которых наличие или отсутствие вредных последствий правового значения не имеет.

К факультативным признакам объективной стороны состава административного правонарушения относятся место, время, обстановка, способ, орудия и средства совершения правонарушения.

Субъектом административного правонарушения может быть физическое или юридическое лицо. Основными условиями наступления административной ответственности физического лица являются: достижение 16-летнего возраста и вменяемость (см. комментарий к ст. ст. 2.3, 2.8 КоАП РФ). Лиц, обладающих такими признаками, принято называть общими субъектами. К ним относятся: граждане РФ, иностранные граждане и лица без гражданства (см. комментарий к ст. 2.6 КоАП РФ). В теории административного права выделяют также специальные и особые субъекты административной ответственности.

Под специальными субъектами понимаются лица, которые характеризуются рядом специфических признаков, прямо указанных в правовой норме и обязательных для данного состава правонарушения. В их числе: должностные лица, которые привлекаются к административной ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение своих служебных обязанностей (см. комментарий к ст. 2.4 КоАП РФ); родители или иные законные представители несовершеннолетних, которые несут ответственность за невыполнение возложенных на них обязанностей по содержанию, воспитанию, обучению и защите прав несовершеннолетних (ст. ст. 5.35 и 20.22 КоАП РФ); собственники (владельцы) транспортных средств, совершившие административные правонарушения в области дорожного движения и административные правонарушения в области благоустройства территории, предусмотренные законами субъектов РФ, выявленные и зафиксированные работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, имеющими функции фото- и киносъемки, видеозаписи, или средствами фото- и киносъемки, видеозаписи (см. комментарий к ст. 2.6.1 КоАП РФ); собственники или иные владельцы земельных участков либо других объектов недвижимости, совершившие административные правонарушения в области благоустройства территории, предусмотренные законами субъектов РФ, в части содержания, эксплуатации, перемещения, переоборудования либо разрушения объектов благоустройства в случае фиксации этих административных правонарушений работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, имеющими функции фото- и киносъемки, видеозаписи, или средствами фото- и киносъемки, видеозаписи (см. комментарий к ст. 2.6.2 КоАП РФ).

Особыми субъектами являются лица, обладающие полным или частичным иммунитетом от административной юрисдикции (см. комментарий к ст. ст. 2.4, 2.5 КоАП РФ).

При характеристике юридического лица в качестве субъекта административного правонарушения необходимо учитывать положения ГК РФ, определяющие понятие и признаки юридического лица. Согласно ст. 48 ГК РФ юридическим лицом признается организация, которая имеет в собственности, хозяйственном ведении или оперативном управлении обособленное имущество и отвечает по своим обязательствам этим имуществом, может от своего имени приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права, нести обязанности, быть истцом и ответчиком в суде. Юридические лица должны иметь самостоятельный баланс и (или) смету.

Обязательным признаком юридического лица как субъекта административного правонарушения является наличие у него гражданской правоспособности, возникновение которой ГК РФ связывает с фактом государственной регистрации юридического лица. Следовательно, не любая организация может быть субъектом административного правонарушения. В частности, не являются таковыми общественные объединения, которые могут функционировать без государственной регистрации и приобретения статуса юридического лица (ст. 3 Федерального закона от 19.05.1995 N 82-ФЗ «Об общественных объединениях»), а также международные организации, их филиалы и представительства, работающие на территории Российской Федерации, филиалы и представительства российских юридических лиц.

В зависимости от основной цели деятельности все юридические лица делятся на две группы: коммерческие и некоммерческие организации. Коммерческие организации могут создаваться в форме хозяйственных товариществ и обществ, хозяйственных партнерств, производственных кооперативов, государственных и муниципальных унитарных предприятий. Некоммерческие организации могут создаваться в форме потребительских кооперативов, общественных или религиозных организаций (объединений), учреждений, благотворительных и иных фондов, а также в других формах, предусмотренных законом (ст. 50 ГК РФ). Например, Федеральным законом от 01.12.2007 N 315-ФЗ «О саморегулируемых организациях» предусмотрено создание саморегулируемых организаций, осуществляющих функции по оказанию государственных услуг, которые также являются субъектами административных правонарушений.

Особую группу юридических лиц составляют различные публично-правовые образования, главным предназначением которых является не участие в гражданском обороте и не осуществление предпринимательской деятельности, а решение задач общественного характера либо путем различных форм общественной самодеятельности (некоторые общественные объединения и учреждения, в том числе профсоюзы, политические партии, государственные и муниципальные учреждения), либо путем реализации властных полномочий публичного управления (федеральные органы исполнительной власти и их территориальные органы (за исключением Правительства РФ, которое в соответствии с Федеральным конституционным законом от 17.12.1997 N 2-ФКЗ «О Правительстве Российской Федерации» не имеет статуса юридического лица); органы исполнительной власти субъектов РФ, иные государственные органы, например Счетная палата РФ, Центральная избирательная комиссия, представительные и исполнительные органы местного самоуправления).

Об иностранных юридических лицах см. комментарий к ст. 2.6 КоАП РФ.

Обязательный признак субъективной стороны состава административного правонарушения — вина. Факультативные признаки — мотив и цель.

Вина физического лица рассматривается как его психическое отношение к своему поведению и его последствиям. Виновность возможна лишь при наличии тех форм вины, которые определены законом (ст. 2.2 КоАП РФ): умысел (прямой или косвенный) или неосторожность (легкомыслие или небрежность).

Признаки вины юридического лица значительно отличаются от признаков вины физического лица. В соответствии с ч. 2 комментируемой статьи юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

Таким образом, вина юридического лица не ставится в зависимость от вины его должностных лиц и представителей, действия которых повлекли совершение административного правонарушения (см. Определение Конституционного Суда РФ от 24.12.2012 N 2360-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы закрытого акционерного общества «Корпорация «Грин» на нарушение конституционных прав и свобод статьей 19.28 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»).

Речь также не идет о вине в объективно-правовом смысле, когда виновность фактически сводится к противоправности. Как указал Конституционный Суд РФ, положения ч. 2 ст. 2.1 КоАП РФ направлены на обеспечение действия презумпции невиновности (ст. 1.5 КоАП РФ), имеют целью исключить возможность привлечения юридических лиц к административной ответственности при отсутствии их вины (Определение Конституционного Суда РФ от 21.04.2005 N 119-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Волна» на нарушение конституционных прав и свобод частью 2 статьи 2.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»).

В юридической литературе приведенный выше подход к определению вины юридического лица получил название комплексного, включающего объективный и субъективный критерии. Как отмечает А.С. Дугенец, объективная вина — это вина организации, с точки зрения государственного органа, назначающего административное наказание в зависимости от характера конкретных действий или бездействия юридического лица, нарушающих установленные правила поведения; это то, что известно как объективное вменение; субъективная вина — отношение организации в лице ее коллектива, администрации, должностных лиц к противоправному деянию .

См.: Дугенец А.С. Административная ответственность в российском праве: Автореф. дис. . д-ра юрид. наук. М., 2005. С. 11.

4. В качестве общего правила действует норма ч. 3 комментируемой статьи о возможности одновременного привлечения к административной ответственности за одно и то же правонарушение юридического лица и его должностного лица. Кроме этого, не исключается возможность привлечения к административной или уголовной ответственности физического лица и к административной ответственности юридического лица. По мнению Конституционного Суда РФ, такое правовое регулирование, будучи обусловленным спецификой юридических лиц, на которых как на участников хозяйственного оборота возлагаются и риски, сопутствующие осуществляемой ими деятельности, а также тем обстоятельством, что в отличие от физических лиц они не признаются действующим законодательством субъектами уголовной ответственности, является конституционно допустимым (см. Постановления Конституционного Суда РФ от 27.04.2001 N 7-П и от 26.11.2012 N 28-П).

Положение приведенной нормы дополнительно разъяснено в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 N 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», в котором говорится о необходимости установления виновности как должностного, так и юридического лица в совершении административного правонарушения, за которое они могут быть привлечены к административной ответственности по одной и той же статье Особенной части Кодекса. Тем самым обращено дополнительно внимание на то, что в ч. 3 ст. 2.1 КоАП РФ речь идет не о любых физических лицах, не имеющих никакого отношения к юридическому лицу, а о его должностных лицах.