Конфискация имущества диссертация

Содержание:

Конфискация имущества как вид наказания по уголовному праву Пимонов Владимир Александрович

Данный автореферат диссертации должен поступить в библиотеки в ближайшее время
Уведомить о поступлении

Диссертация — бесплатно , доставка 10 минут , круглосуточно, без выходных и праздников

Автореферат — 240 руб., доставка 1-3 часа, с 10-19 (Московское время), кроме воскресенья

Пимонов Владимир Александрович. Конфискация имущества как вид наказания по уголовному праву : Дис. . канд. юрид. наук : 12.00.08 : Москва, 2002 187 c. РГБ ОД, 61:03-12/339-1

Содержание к диссертации

Глава I. Очерк развития уголовного законодательства о конфискации имущества 16

1. Становление и развитие конфискации имущества по законодательству России до Октябрьской революции 1917 года 16

2. Развитие конфискации имущества как вида наказания по советскому уголовному законодательству 39

Глава II. Сущность конфискации имущества как дополнительного наказания по уголовному законодательству

1. Социальная обусловленность существования конфискации имущества в системе наказаний

2. Социальные цели и функции конфискации имущества как дополнительного наказания

3. Проблемы эффективности конфискации имущества как вида наказания

4. Характеристика зарубежного уголовного законодательства о конфискации имущества

Глава III. Проблемы исполнения конфискации имущества

1. Меры обеспечения конфискации имущества и способы повышения их эффективности

2. Перечень имущества, не подлежащего конфискации по приговору суда 159

Выводы и предложения 167-173

Введение к работе

Актуальность темы диссертационного исследования.

Российское государство в последние полтора десятилетия столкнулось с серьезной проблемой — ростом преступности по всем показателям. Темпы ее роста, а также происходящие в ней качественные изменения, в частности, рост корыстной преступности, убедительно свидетельствуют о наличии серьезной угрозы безопасности России. Удельный вес тяжких и особо тяжких пре ступлений ежегодно составляет свыше 60 процентов от всех зарегистрированных в России корыстных преступлений. Еще большую опасность несет в себе организованная преступность, имеющая огромные денежные и имущественные ресурсы. В этих условиях наряду с социальными, экономическими, политическими и другими мерами, направленными на улучшение криминальной обстановки, весьма серьезными являются уголовно-правовые, ь среди которых главная роль принадлежит наказанию. Естествен но, что в условиях роста корыстной преступности возрастает необходимость изучения видов наказаний имущественного характера и, прежде всего, конфискации имущества, которая в сравнение с другими имущественными мерами обладает наибольшим карательным потенциалом.

Актуальность исследования конфискации имущества как дополнительной меры наказания обусловлена осуществляемой в России либерализацией норм уголовного законодательства, в том числе и в отношении мер уголовно-правового воздействия. В этой связи возрастает интерес ученых-криминологов к конфискации имущества как к наиболее строгому наказанию имущественного характера. Поэтому исследование сущности и социального назначения этой меры уголовно-правового воздействия, ее целей, функций, а также практики назначения и исполнения является весьма актуальным и практически значимым.

Законодательная регламентация и применение конфискации должны быть эффективными и целесообразными, без избытка репрессии, но вместе с тем нацеленными на борьбу с тяжкими и особо тяжкими корыстными преступлениями. Эта борьба должна носить наступательный характер, не выходя при этом за рамки правового поля. Само же правовое поле (прежде всего — нормы уголовного законодательства) должно соответствовать жизненным реалиям, учитывать ближайшие и отдаленные перспективы развития криминальной обстановки в стране. Эти продиктованные временем требования обязывают уголовно-правовую науку найти способы усовершенствования системы уголовных наказаний с тем, чтобы принимаемые меры уголовно-правового воздействии к лицам, преступившим закон, были неотвратимыми, целесообразными, гибкими, эффективными. Следует, к сожалению, признать, что в последние годы, несмотря на рост числа зарегистрированных корыстных преступлений, суды все реже прибегают к назначению конфискации имущества. С 1997 года, т. е. с года введения в действие Уголовного кодекса РФ, к этой мере наказания ежегодно приговаривается не более 1% от общего числа осужденных. В то же время опрос, проведенный диссертантом по специально разработанной анкете среди судей судов общей юрисдикции показал, что подавляющее большинство опрошенных признают конфискацию эффективным наказанием. Поэтому актуальным является проведение тщательного исследования норм уголовного ляется проведение тщательного исследования норм уголовного и уголовно-исполнительного права, посвященных конфискации имущества, для того, чтобы изучить причины, затрудняющие их применение в деятельности судов.

Комплексное исследование данного вида наказания позволяет выявить ее резервы, а также значение в борьбе с преступностью. Учет при этом истории российского уголовного законодательства и зарубежного опыта дает возможность по новому оценить уголовно-правовые и уголовно-исполнительные нормы, регламентирующие применение конфискации имущества новым содержание и функции конфискации имущества, обеспечивать теоретическую основу для более эффективного применения этой меры наказания.

Становление конфискации имущества как наказания происходило на протяжении нескольких веков, вместивших в себя несколько социально-экономических формаций. Появившись задолго до образования централизованного государства она прочно закрепилась в современном уголовном законодательстве России и многих других государств. Поэтому данная мера может рассматриваться и как категория историческая, и как категория современная. В этой связи представляется значимым также исследование роли, которую выполняло данное наказание в различные исторические эпохи, изменений взглядов на его сущность и содержание и, соответственно, изменений в уголовном законодательстве.

В научной литературе к проблемам конфискации имущества как вида уголовного наказания обращались многие ученые-юристы. Исследования X. Гаджиева, И.М. Гальперина, В.К. Дую-нова, А.А. Жижиленко, Ю.Н. Загудаева, В.Н. Иванова, М.И. Кова лева, Г.Л. Кригер, А. Кузнецова, А. Лохвицкого, Ю.Б. Мельниковой, А.С. Михлина, А.В. Наумова, В.Н. Петрашева, И.Ю. Савиной, Н.С. Таганцева, А.Л. Цветиновича и других ученых помогли диссертанту определить приоритетные направления исследования. Однако данные работы не были сосредоточены исключительно на конфискации имущества и потому в них отсутствует детальный анализ законодательного регулирования данного наказания, а также практики его назначения и исполнения.

Комплексному исследованию конфискации имущества посвящены целевые диссертационные работы следующих авторов: В.Н, Веселовой, Р.А. Гюльалиевой, И.Л. Марогуловой, А.Г. Ми-хайлянц, М.М. Малкина. Однако после написания данных работ прошло значительное время. Так, например, последняя диссертация, посвященная исследованию данного вида наказания была написана в 1990 году1. Диссертации и монографии, специально посвященные конфискации имущества, в которые учитывалось бы изменившееся в 1996 г. Российское уголовное и уголовно-исполнительное законодательство, отсутствуют. В то же время отдельные аспекты проблемы конфискации как вида уголовного наказания, нашли свое отражение в работах, таких авторов как В.К, Дуюнов, С.Ф. Милюков, И.М. Цокуева и некоторых других, написанных после принятия уголовного и уголовно-исполнительного кодексов РФ.

Существенные изменения социально-экономических условий, политической и духовной сфер жизни современного российского общества, новые акценты в правовой регламентации уго повного наказания в целом обусловливают необходимость исследования социальной роли конфискации имущества как дополнительного наказания в этом контексте. В связи с этим тема настоящего диссертационного исследования является весьма актуальной и в практическом, и в теоретическом плане. Данная диссертация представляет собой комплексное исследование такого уголовного наказания как конфискация имущества в условиях действия нового уголовного и уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации, а также тенденций ее назначения и испытания.

Цели и задачи исследования.

Целями данного диссертационного исследования являются: во-первых, выявление социальной сущности конфискации имущества как дополнительного наказания, ее функций, цели и роли в борьбе с преступностью в условиях изменившихся экономических, политических и правовых ценностей в России; во-вторых, установление того, насколько целесообразной и эффективной является конфискация имущества в практической деятельности судов в указанном контексте; в-третьих, анализ содержания данного вида наказания по УК РФ, и выявление существующих в уголовно-правовых нормах конструктивных недостатков, препятствующих более широкому применению конфискации имущества в практике судов; в-четвертых, выработка предложений и рекомендаций по совершенствованию норм уголовного и уголовно-исполнительного права, регламентирующих этот вид уголовного наказания. Достижение этих целей обеспечивается:

1. историко-правовым и сравнительно-правовым исследова-ниям и вопросов, связанных с появлением конфискации имущества как вида уголовного наказания и эволюцией ее правового регулирования;

2. исследованием сущности и содержания данного вида наказания;

3. обоснованием социальной обусловленности исследуемой меры в системе наказаний УК РФ;

4. анализом целей и функций, присущих конфискации иму- 1 щества как дополнительному наказанию, а также установлением их значения для практики назначения и исполнения исследуемой меры;

5. выявлением резервов данного вида наказания в борьбе с преступностью, с учетом отечественного и зарубежного опыта применения уголовно-правовых мер имущественного характера и конфискации в частности;

6. установлением факторов, препятствующих более широ- кому применению и эффективному исполнению этого вида наказания;

7. формулированием комплекса законодательных предложений по совершенствованию норм уголовного и уголовно- исполнительного законодательства, регламентирующих содержание и исполнение конфискации имущества.

Объектом, исследования являются теоретические проблемы и практика применения конфискации имущества как вида уголовного наказания. Пі?еіІМеТР.М. иссле іомния являются нормы действующего российского и зарубежного уголовного законодательства, регла ментирующие конфискацию имущества как вид наказания, соответствующие нормы отечественного уголовного законодательства дореволюционного и советского периодов; нормы действующего Уголовно-исполнительного кодекса, касающиеся исполнения исследуемой меры, судебно-следственная практика, данные уголовной статистики и конкретных эмпирических исследований.

Методология и методика исследования.

Методологической основой диссертации является доктрина российского и зарубежного уголовного права, основывающаяся на приоритете общечеловеческих ценностей. Эмпирической основой выводов исследования послужили опубликованные материалы практики Верховных Судов Российской Федерации и РСФСР, Союза ССР, материалы судебно-следственной практики г. Твери и Тверской области (всего изучено более 800 уголовных дел), а также статистические данные о назначении конфискации имущества г. Твери и Тверской области за 1997-2001 гг.

В целях полноты исследования автор пользовался следующими методами научного анализа: логико-юридическим, статистическим, историко-юридическим, сравнительно-правовым. Был также применен конкретно-социологический метод, в частности, проведен опрос судей судов общей юрисдикции г. Твери и Тверской области по специально разработанной анкете. Всего было опрошено 92 судьи.

Положения, выносимые на защиту:

1. Изучение содержания, юридико-социального предназначения и тенденций судебной практики применения конфискации имущества как уголовного наказания требует применения комплексного подхода, объединяющего историко-правовой, сравнительно-правовой, а также социологический методы исследования.

Включение конфискации имущества в перечень дополнительных наказаний, предусмотренных УК РФ, обусловлено, в пер- к вую очередь тем, что данная мера способна достигать цели, оп ределенные в ст. 43 УК РФ: восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

2. Конфискация имущества, как дополнительный вид наказания, служит достижению общих целей, указанных выше и при этом характеризуется рядом важных специальных целей и функций: обеспечение индивидуализации наказания; придание гибко сти карательного содержания назначаемой виновному меры ос новного наказания; лишение осужденного средств, основанных на преступном промысле, либо полученных в результате совершения преступления.

3. Обосновано, что данное наказание обладает уголовно- политическими и уголовно-правовыми чертами. В частности:

а) конфискация имущества может служить эффективным средством в борьбе с коррупционной и организованной преступностью; б) сущность исследуемой меры не сводится только к каре; в судебной практике должен учитываться дополнительный характер данного наказания, его способность индивидуализировать максимально назначенную осужденному общую меру воздействия;

в) изъятие конфискации имущества из системы наказаний УК РФ способно усилить диспропорции между сохранившимися видами наказаний, поскольку пока не используются такие наказания как арест, ограничение свободы, обязательные работы. Несмотря на кажущуюся многочисленность, наказания не связанные с лишением свободы не способны пока служить достойным средством в борьбе с корыстной преступностью.

4. Снижение эффективности применения исследуемого наказания обусловлено наличием негативных факторов, к числу которых относятся, в первую очередь, несовершенство существующей правовой базы и отсутствие должного внимания к исполнению данной меры со стороны органов власти.

5. Реформирование уголовного и уголовно-исполнительного законодательства в целях усиления борьбы с тяжкими и особо тяжкими корыстными преступлениями, посредством в том числе и с помощью применения конфискации имущества, требует последовательной разработки правообеспечивающих мер, включая организационные, материально-ресурсные и кадровые, а также углубленного толкования не только уголовного закона, но и смежных с ним актов отраслевого законодательства.

Обеспечение исполнения приговоров о конфискации возможно благодаря повышению квалификации судебных приставов, неукоснительному контролю за исполнением таких приговоров со стороны Министерства юстиции РФ, а также совершенствованию уголовно-исполнительного законодательства.

Научная новизна работы.

Диссертация представляет собой комплексное исследование конфискации имущества как дополнительного наказания, закрепленного в действующем уголовном и уголовно-исполнительном законодательстве Российской Федерации. В работе в соответствии с положениями современного российского уголовного законодательства:

— критически проанализированы нормы Общей части УК РФ, определяющие содержание данного вида наказания;

— выявлены тенденции судебной практики по применению конфискации имущества;

— определены функции и потенциальные возможности данного вида наказания в борьбе с корыстной преступностью;

— сформулированы предложения по дальнейшему совершенствованию уголовного законодательства в целях повышения эффективности конфискации имущества в отношении тяжких и особо тяжких корыстных преступлений.

Теоретическая и практическая значимость исследования.

Изложенные в диссертации положения, выводы и предложения могут быть использованы:

— в законотворческой деятельности при совершенствовании отдельных норм и институтов уголовного и уголовно- исполнительного законодательства, регламентирующих конфискацию имущества, а также практики ее применения;

— в подготовке руководящих разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, а также нормативных правовых актов, посвященных конфискации имущества;

— в научно-исследовательской деятельности при проведении исследований уголовно-правовых мер борьбы с преступностью;

— в учебном процессе при преподавании курса «Уголовное право» (Общая часть), в том числе при подготовке и переподготовке следователей, прокурорских работников, а также судебных приставов;

Апробация результатов исследования.

Основные теоретические выводы и предложения были сформулированы в научных публикациях диссертанта; в научном докладе на международной научно-практической конференции «Предупреждение организованной и коррупционной преступности средствами реальных отраслей права», проходившей в Институте а государства и права РАН (ноябрь 2000г.); при преподавании уго ловного и уголовно-исполнительного права в Верхневолжском институте бизнеса и права (г. Тверь).

Основные положения диссертационного исследования опубликованы в следующих работах автора:

1. Система наказаний в уголовном праве РФ. Учебное пособие. Тверь, 1998 (1,75 п.л.).

2. Полная конфискация имущества: аргументы «против» // т Статьи и тезисы докладов аспирантов и соискателей ИГП РАН.

3. Конфискация имущества в системе мер уголовной репрессии // Статьи и тезисы докладов аспирантов и соискателей ИГП РАН. М., 2001 (0,3 п.л.).

4. Роль имущественных наказаний в системе мер, направленных на борьбу с организованной преступностью // Материалы конференции «Предупреждение организованной и коррупционной преступности средствами различных отраслей права». М., 2002 (в печати) (0,2 п.л.)

5. Конфискация имущества как вид дополнительного наказания // Государство и право, 2002, №7 (0,2 п.л.).

Структура и объем диссертации.

Диссертационное исследование построено с учетом обозначенных целей и задач. Работа состоит из введения, трех глав, объединяющих восемь параграфов, заключительных выводов и предложений, а также приложения. Завершает работу библиографический список использованных автором источников права, судебной практики и литературы.

Становление и развитие конфискации имущества по законодательству России до Октябрьской революции 1917 года

Всестороннее уяснение содержания действующей конструкции уголовно-правовых норм, регламентирующих конфискацию имущества, и основных теоретических и практических проблем, связанных с ее существованием в системе наказаний и применением, вряд ли возможно без предварительного рассмотрения вопроса о том, как и когда эта мера принуждения возникла, какие этапы в своем развитии прошла. Последнее вытекает из необходимости исторического подхода к изучению общественных явлений. Н.Г. Чернышевский писал: «Без истории предмета нет теории предмета, но и без теории предмета нет даже мысли о его истории»1.

Следует отметить, что конфискация имущества известна как наказание давно. В своем развитии она прошла несколько эпох. Поэтому одним из возможных методов познания ее сущности является историко-правовои, который рассматривает предметы и явления не изолированно друг от друга, а в их органической связи, в тесном взаимодействии друг с другом и зависимости друг от друга.

Отобрание имущества в качестве меры наказания известно с древнейших времен. «Нет сомнения в том, что наказание это появилось ранее смертной казни»1. При этом можно полагать, что именно этот вид наказания стал первым, имеющим публично-общественное начало.

Слово «конфискация» долгое время российскому уголовному праву не было известно. Вместо него в различных правовых источниках употреблялось: «отнять вотчины и поместья», «отписать на Государя» и т.д.; а иногда летописец выражается об отобрании имущества просто: «и князь великий такого-то пограби». Но суть в любом из приведенных случаев общая: виновный лишался имущества.

В этом смысле можно утверждать, что корни данного вида наказания уходят глубоко в древность.

Еще до образования Российского централизованного государства широко применялись имущественные наказания. Лишение имущества встречается в древнейшем нашем праве так же, как и в юридических памятниках других народов. «Уже в Древнем Египте система наказаний включала изъятие имущества»2. Имущественные наказания с древнейших времен существовали и в Риме, где изъятое имущество являлось народным достоянием либо посвящалось богам.

«Русская правда» — памятник, относящийся к той. эпохе, когда преступление вызывало лишь месть, — уже содержит упоминание о такой мере, как «поток и разграбление». Об этом виде наказания, а, точнее, о его сущности, нет единого мнения. А. В. Наумов предполагает, что «это могло означать и убийство осужденного, и разграбление его имущества, и изгнание с конфискацией имущества, и продажу в холопы»1.

СВ. Кодан по поводу этого наказания писал следующее: «Поток и разграбление», по «Русской правде», предусматривало потерю правового статуса и конфискацию имущества»2. В том, что данная мера в любом случае предусматривала лишение имущественных прав, сходятся все авторы работ, посвященных данной тематике. Однако вывод о том, что «поток» и «разграбление» составляли один вид наказания, а не два, является весьма спорным.

Практически все авторы, писавшие об упоминаемом периоде развития уголовного права, обобщают, а фактически уравнивают в последствиях применения и «поток», и «разграбление». Вряд ли это было так, поскольку «потоком», как утверждал М.Ф. Владимирский-Буданов, называлось лишение личных прав, а «разграблением» — лишение прав имущественных. Он также не исключал предположение о том, что это два различных вида наказания3.

Думается, что и М.Ф. Владимирский-Буданов, и другие авторы в одном, по меньшей мере, правы безусловно: «поток» и «разграбление» имели весьма неопределенное содержание. В некоторых случаях термин «поточити» употреблен в смысле разграбления (в частности, за поджог). За убийство и другие тяжкие пре 19

ступления «поток» и «разграбление» как наказание употреблялись вместе.

Но все же следует отметить, что неопределенность в содержании этих мер не дает достаточных оснований отрицать другую точку зрения, согласно которой в «Русской правде» речь идет не об одном наказании, а о двух различных мерах, которые в большом количестве случаев применялись вместе. Уже «Русская правда» подразделяла права человека на имущественные и неимущественные. При этом иногда лишение личных неимущественных прав употреблялось по «Русской правде» в качестве самостоятельного наказания. За конокрадство, например, предусматривался лишь один «поток» без «разграбления»1.

В эпоху действия «Русской правды» о «разграблении» в других источниках права не упоминается, хотя этот памятник в разных изданиях действовал долгое время. Наряду с «Русской правдой» действовали также источники византийского права, содержащиеся в кормчих книгах и других сборниках. Из них наиболее древними можно назвать Двинскую и Белозерскую грамоты. Первая была дана Двинской земле Московским князем Василием Дмитриевичем в 1337 г., а вторая — в 1488 г. князем Иваном III Белозерской области, входившей в состав Великого княжества Московского2. В этих грамотах, несмотря на их близость по духу с «Русской правдой», уже упоминается об отобрании имущества как о наказании, употребляемом, главным образом, в качестве дополнительной и, реже, основной меры.

Социальная обусловленность существования конфискации имущества в системе наказаний

Вывод о целесообразности сохранения в числе мер наказания конфискации имущества вызывает необходимость выяснения некоторых вопросов, без правильного разрешения которых исследование данной меры будет затруднено. Одним из таких вопросов является социальная обусловленность существования конфискации имущества в системе наказаний.

Применительно к предмету нашего исследования одним из таких вопросов является социальная обусловленность конфискации в системе наказаний.

Среди имущественных видов наказания конфискация является наиболее строгой мерой. Справедливо отмечено, что «конфискация имущества — одна из наиболее острых форм уголовной репрессии и, пожалуй, самое тяжкое из всех предусмотренных законом дополнительных наказаний»1. Думается, что именно поэтому одним из краеугольных камней учения о наказании являются вопросы о необходимости, справедливости и полезности конфискации имущества.

Научные работы, посвященные этой мере имущественного характера, появлялись и продолжают появляться на страницах специальной литературы. В отношении данного вида наказания изложено множество позиций, но все же единой точки зрения в вопросе о сохранении конфискации имущества в действующей системе наказаний в теории уголовного права и практике не существует. Споры об этом виде наказания продолжаются уже не одно столетие, что свидетельствует об актуальности проблем института конфискации, необходимости определения ее социальной обусловленности в современной системе наказаний.

Прежде чем приводить свои аргументы в поддержку рассматриваемого наказания, мы представим основные аргументы представителей противоположной точки зрения.

Сторонники полной отмены конфискации имущества как вида наказания используют два основных аргумента. Во-первых, они утверждают, что рассматриваемое наказание не созвучно социально-экономическим процессам, происходящим в современном российском обществе и связанным с развитием частной собственности, а также построением правового государства. Во-вторых, по их мнению, эта мера наказания противоречит сложившимся на сегодня в России конституционным и уголовно-правовым принципам. К числу сторонников данной позиции относится В.Н. Иванов, который еще накануне принятия УК РСФСР 1960 г. предлагал исключить данную меру из системы наказаний, как не соответствующую ни целям, ни задачам уголовной репрессии1. Несколькими годами позже он вновь указал на необходимость коренного пересмотра норм УК о конфискации, обосновывая утверждение о несозвучности этого вида наказания с принципами уголовного законодательства2.

С аналогичной точки зрения позднее выступали и другие ученые. Указывая на классовую сущность конфискаций имущества, А.Л. Цветинович писал, что эта мера была вызвана необходимостью в условиях классовой борьбы в период становления Советской власти, укрепления нового государства. С построением же развитого общества отпала необходимость и в конфискации3.

В условиях реформирования уголовного законодательства в юридической литературе появились работы других авторов, которые также выступали за исключение конфискации из системы наказаний. Статьи многих сторонников отмены этой меры стали предметом многочисленных дискуссий. Так, например, с предложением устранения конфискации имущества из уголовного законодательства выступил со страниц печати М.И. Ковалев1.

Представляется, что эти аргументы неубедительны. Конечно, в подавляющем большинстве случаев данный вид наказания, начиная с 1917 г., применялся по классовому признаку, в основном, в отношении лиц, являвшихся выходцами из бывших так называемых эксплуататорских слоев. Нередко социальное происхождение человека уже предопределяло его судьбу (в смысле назначения данной меры наказания). Но если исходить только из того, что конфискация запятнала себя ярко выраженной классовой направленностью в прошлом, то следует признать, что едва ли не все содержавшиеся в уголовном законодательстве того времени виды наказаний нередко употреблялись по классовому признаку.

При этом следует учесть, что конфискация имущества начинает свою историю не с 1917 года, а гораздо раньше. Как наказание она употреблялась уже со времен Русской Правды. Кроме того, как показано в гл. I, эволюция законодательства о конфискации дает основание утверждать, что наличие этого дополнительного наказания в уголовном законодательстве явилось результатом длительного исторического развития России.

На наш взгляд, необходимость сохранения рассматриваемой меры в современной системе наказаний также обусловлена социальными и экономическими причинами.

Проблемы эффективности конфискации имущества как вида наказания

Проблему эффективности конфискации имущества как вида наказания нельзя решать отвлеченно от процесса реализации этой меры. Однако при этом следует учитывать, что действие уголовно-правовых норм о конфискации возможно не только в процессе их реализации. Дело в том, что сами эти нормы могут и должны преследовать цели, ставящиеся перед наказанием. Но главное все же — их реализация, поскольку эффективность того или иного наказания определяется, в конечном итоге, степенью реализации прогнозируемых целей. М.Д. Шаргородский писал: «Для того, чтобы угроза наказания воздействовала на неустойчивые элементы общества, необходима еще реальность ее применения»1. С этой мыслью трудно не согласиться, ибо если уголовно-правовая норма не применяется, не существует в действительности, решить проблему реальной, а не прогнозируемой эффективности наказания в таком случае вообще нет возможности.

С точки зрения изложенной позиции целесообразно рассмотреть проблемы эффективности уголовно-правовых норм о конфискации. Для этого необходимо исследовать их содержание, выделить их роль в совокупности условий, влияющих на эффективность рассматриваемого вида наказания.

Сущность решения данной проблемы заключается в том, что сама по себе норма, при условии правильного ее построения, является одним из условий решения вопроса об эффективности (или неэффективности) исследуемой уголовно-правовой меры.

Иными словами, законодательная конструкция правовой нормы есть первопричина эффективности применения наказания.

Конфискация имущества, бесспорно, достойна своего места в системе наказаний. Однако суды все реже назначают конфискацию в качестве дополнительного наказания. Если в 1992 г. к ней было приговорено 11,1% осужденных, то в 1996 г. — всего 6,1%, а в 1997 г. — лишь 1%1. В последующие же годы удельный показатель осужденных к конфискации имущества остался стабильно низким. Так, по данным Судебного Департамента при Верховном Суде по Тверской области, к конфискации в этом регионе было приговорено в 1998 г. — 0,54% осужденных, в 1999 г. -0,72%, в 2000 г.-0,69%.

В уголовно-правовой литературе редкое применение конфискации объясняется различными причинами. Так, С.Ф. Милюков утверждает, что более широкому применению рассматриваемого наказания препятствуют конструктивные недостатки ст. 52 УК РФ, устанавливающей основные параметры конфискации имущества. Указанный учений утверждает, что «недостатком ст. 52 УК РФ является установление конфискации имущества лишь за тяжкие преступления, совершенные к тому же исключительно из корыстных побуждений»2. С.Ф. Милюков предлагает расширить сферу применения конфискации имущества путем включения ее в большее количество санкций статей, не ограничиваясь только корыстными преступлениями3.

На наш взгляд, решение вопроса об ограничении сферы применения конфискации имущества только лишь корыстными преступлениями является решением вполне обоснованным. Приведем свои аргументы в пользу данного мнения.

Во-первых, нельзя забывать, что речь идет об имущественном наказании. При этом нужно учитывать большую роль имущественных благ в жизни человека на современном этапе. Именно по объекту воздействия определяется строгость данной меры. Поэтому, учитывая тяжесть этого наказания, необходимо строго ограничивать возможность его применения только случаями действительной необходимости в нем.

Во-вторых, следует учитывать, что еще во время действия советского уголовного законодательства высшие судебные органы страны в своих постановлениях призывали суды применять конфискацию имущества в отношении расхитителей, взяточников и т.п. преступников1. Это может свидетельствовать о том, что ограничение сферы применения конфискации продиктовано сложившейся многолетней практикой. Данный вопрос исследовался учеными еще во время действия Основ уголовного законодательства СССР 1958 г., согласно которым конфискация устанавливалась не только за корыстные, но и иные преступления. Так, например, ученые В.К. Дуюнов и А.Л. Цветинович в 80-х годах провели опрос судей. Все судьи отрицательно отнеслись к идее исключения конфискации из системы наказаний. Ответы были мотивированы тем, что данное наказание является эффективным при назначении его за хищения, взяточничество и некоторые другие корыстные преступления1.

При изучении данной проблемы нами были опрошены судьи районных судов Тверской области. 96,8% высказавшихся за сохранение конфискации судей аргументировали свои ответы необходимостью установления этой меры за корыстные преступления. Анализ практики применения данного наказания показывает, что в отношении лиц, виновных в совершении корыстных преступлений, конфискация имущества является весьма целесообразной мерой, способной оказать весомое воздействие как на самих осужденных, так и на иных неустойчивых граждан.

Перечень имущества, не подлежащего конфискации по приговору суда

Соблюдение законодательно установленного Перечня имущества, не подлежащего конфискации по приговору суда1, является важным условием соблюдения законности исполнения на значенного наказания, а также гарантии законных прав и интере 4 сов самого осужденного, его семьи и третьих лиц. В этой связи представляется необходимым рассмотреть данный вопрос, посвятив ему отдельный параграф.

Впервые в советском уголовном законодательстве перечень не подлежащего конфискации имущества был определен Постановлением ЦИК и СНК СССР от 15.06.27 «Об ограничении конфискации по суду». Подробнее об этом говорилось в главе I настоящей работы.

Ныне действующий перечень существенно обновлен по сравнению с существовавшим ранее в УК РСФСР. Новшеством явилось не только обоснованное помещение перечня в качестве Приложения № 1 в УИК РФ, но и то, что в ст. 63 УИК определено имущество, которое может подлежать конфискации.

Согласно ч. 1 ст. 63 УИК РФ «конфискации подлежат имущество осужденного, включая его долю в общей собственности, уставном капитале коммерческих организаций, деньги, ценные бумаги, иные ценности, в том числе находящиеся на счетах и во вкладах или на хранении в финансово-кредитных организациях и банках, а также имущество, переданное осужденным в доверительное управление». Между тем в отдельных случаях, применяя конфискацию имущества, суды не учитывают, насколько целесообразно изъятие из владения осужденного или его семьи тех или иных предметов домашнего обихода. Иногда в описи имущества часто числятся предметы, хотя и не относящиеся к необходимым для самого подсудимого (или осужденного) или его семьи, но изъятие которых явно нецелесообразно с точки зрения их дальнейшего использования или возможной реализации.

Предупредительное и исправительное воздействие конфискации имущества достигается в том числе и карательной способностью данной меры, а именно посредством воздействия на имущественные интересы осужденного. В этой связи представляется весьма сомнительной эффективность данного вида наказания, когда в опись имущества включаются, к примеру, следующие предметы: радиоприемники и магнитофоны устаревшей марки или требующие реставрации предметы мебели, другие малоценные предметы, которые, тем не менее, не входят в разряд имущества, определенного Перечнем. Такие факты встречаются и в следственной практике. По делу П., например, обвинявшегося в преступлении, предусмотренном ч. 3 ст. 158 УК РФ, органы расследования наложили арест на имущество, в числе которого значились следующие предметы: чехол от охотничьего ружья, телевизор «Крым» (телевизор устаревшей марки, снятый с производства), печатная машинка «Олимпия» производства 1954 года1.

Подобные факты хотя и не носят массовый характер, но и не единичны. В этой связи полагаем, что далеко не всегда можно правильно решить вопрос о конфискации того или иного имущества лишь на основе законодательно установленных перечней. Думается, что помимо Перечня УПК суд должен исходить из стоимости входящих в опись предметов, перспективы их дальнейшего использования и целесообразности их изъятия. Поэтому мы считаем правильным внести изменения в ст. 63 УИК РФ, изложив часть вторую данной статьи в следующей редакции: Не подлежит конфискации имущество осужденного: а) перечисленное в Перечне имущества, не подлежащего конфискации по приговору суда;

6) имущество осужденного, изъятие которого явно нецелесообразно с точки зрения его дальнейшего использования.

Подобное нововведение в УИК позволило бы более эффективно решать вопросы, связанные с реализацией рассматриваемого вида наказания.

Нужно отметить, что ныне действующий в УИК Перечень существенно изменился в лучшую сторону по сравнению с перечнем имущества, не подлежащего конфискации, который был установлен УК РСФСР и действовал до введения в действие уголовно-исполнительного кодекса. Например, в новом Перечне учтены имущественные интересы семьи осужденного при изъятии того или иного имущества, что бесспорно является прогрессивным новшеством. Однако, на наш взгляд, вопрос о имущественных гарантиях других лиц полностью на законодательном уровне не решен.

Так, согласно ч. 5 п. «б» Перечня не подлежит конфискации мебель, минимально необходимая для осужденного и членов его семьи. Часть 6 Перечня устанавливается запрет на изъятие продуктов питания и денег, минимально необходимых на каждого из членов семьи осужденного. Минимальные имущественные гарантии для членов семьи осужденного определены также в частях 1, 3, 7 и 8 Перечня.

Но все же нельзя не согласиться с утверждением, что понятие «члены семьи осужденного» и «лица, проживающие совместно с осужденным» соотносятся как общее и частное. Частным в данном случае является понятие «члены семьи осужденного» (семья осужденного), которое охватывается понятием «лица, проживающие совместно с осужденным».

Конфискация имущества в российском уголовном законодательстве Самойлова, Светлана Юрьевна

Диссертация — 480 руб., доставка 10 минут , круглосуточно, без выходных и праздников

Автореферат — бесплатно , доставка 10 минут , круглосуточно, без выходных и праздников

Самойлова, Светлана Юрьевна. Конфискация имущества в российском уголовном законодательстве : диссертация . кандидата юридических наук : 12.00.08 / Самойлова Светлана Юрьевна; [Место защиты: Ом. акад. МВД РФ].- Омск, 2011.- 197 с.: ил. РГБ ОД, 61 11-12/968

Содержание к диссертации

ГЛАВА I. Регламентация конфискации имущества в отечественном и зарубежном уголовном праве 13

1. Эволюция регламентации конфискации имущества в уголовном законодательстве России 13

2. Зарубежный опыт уголовно-правовой регламентации конфискации имущества 40

ГЛАВА II. Понятие, содержание и виды конфискации имущества 67

1. Понятие и содержание конфискации имущества 67

2. Виды конфискации имущества 90

3. Соотношение уголовно-правовой и уголовно-процессуальной конфискации имущества 106

ГЛАВА III. Перспективы развития регламентации конфискации имущества в уголовном законодательстве России 123

1. Предпосылки совершенствования уголовного законодательства в части, касающейся конфискации имущества . 123

2. Совершенствование уголовного законодательства в части, касающейся конфискации имущества 149

Список использованных источников 180

Введение к работе

Актуальность темы исследования. Институт конфискации имущества известен на протяжении всего развития отечественного уголовного законодательства. Причем практически всегда конфискация имущества в уголовном праве России выступала в качестве одного из наиболее действенных видов наказаний. До вступления в силу Федерального закона от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации» конфискация имущества как вид наказания устанавливалась за «тяжкие и особо тяжкие преступления, совершенные из корыстных побуждений». В уголовном законе была предусмотрена возможность дифференцировать ответственность и индивидуализировать наказание в зависимости от совершенного преступления, а лицам, совершившим соответствующие преступления, назначалось наказание, при помощи которого максимально достигались его цели, закрепленные в ч. 2 ст. 43 УК РФ. При этом общая конфискация имущества затрагивала наиболее значимые для преступников данной категории социальные ценности, а лишение имущества в качестве наказания делало во многом бессмысленным совершение преступлений корыстной направленности. Таким образом, конфискация имущества оказывала существенное противодействие преступности.

После исключения в 2003 г. из Уголовного кодекса Российской Федерации конфискации имущества как вида наказания уголовное законодательство утратило одно из активных средств влияния на корыстную преступность, что привело к общему ослаблению противодействия преступности уголовно-правовыми мерами.

На Координационном совещании руководителей федеральных правоохранительных органов в мае 2006 г. указывалось, что «размеры организованной преступности в России приобретают характер национальной угрозы», а также что организованная преступность «поразила практически все сферы — политическую, экономическую, социальную»’. Министр внутренних дел Российской Федерации Р. Нургалиев указывает, что «в новое тысячелетие Россия вошла в сложный период своего развития. в стране резко активизировалась преступность . Широкое распространение получила и теневая экономика, экономическая и организованная преступность» 2 . 21 февраля 2011 г. Президент Российской Федерации Д. Медведев, выступая на Координационном совещании

1 Рос. газета. 2006. 16 мая.

2 МВД России: вчера, сегодня, завтра // Там же. 2009. 15 июля.

руководителей правоохранительных органов, отмечает: «Более результативной должна быть борьба с преступностью. Особое внимание, конечно, нужно уделить организованной преступности. Ключевой задачей. остается противодействие коррупции» 3 . В связи с этим назрела острая потребность пересмотреть подход к регламентации конфискации имущества как к одной из сдерживающих преступность уголовно-правовых мер.

Мировое сообщество также обеспокоено этими проблемами, о чем свидетельствуют соответствующие международные правовые акты, содержащие нормы, регламентирующие конфискацию имущества: Конвенция ООН против транснациональной организованной преступности (принята 15 ноября 2000 г.), Конвенция ООН против коррупции (принята 31 октября 2003 г.), Конвенция Совета Европы о предупреждении терроризма (принята 16 мая 2005 г.) и др.

На основе положений этих конвенций в Российской Федерации приняты законодательные акты, а именно: федеральные законы от 6 марта 2006 г. № 35-ФЗ «О противодействии терроризму», от 27 июля 2006 г. № 153-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона „О ратификации Конвенции Совета Европы о предупреждении терроризма» и Федерального закона „О противодействии терроризму»», от 25 декабря 2008 г. № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» и др. Однако ряд международных стандартов уголовно-правового значения, закрепленных в соответствующих нормативных правовых актах (Конвенция ООН против транснациональной организованной преступности, Конвенция ООН против коррупции и др.), направленных на противодействие указанным преступным проявлениям, в настоящее время не нашли отражения в российском законодательстве. В частности, в уголовное законодательство возвращена конфискация имущества, но в качестве не наказания, а иной меры уголовно-правового характера (глава 15 1 УК РФ «Конфискация имущества»). Анализ соответствующих норм уголовного закона свидетельствует о том, что речь идет о специальной конфискации, причем сфера ее применения существенно ограничена (исходя из перечня статей, указанных в п. «а» ч. 1 ст. 104 1 УК РФ). Этого явно недостаточно, чтобы сдержать продолжающийся рост преступности.

Таким образом, в настоящее время юридическая природа конфискации имущества в российском уголовном праве претерпела существенные изменения, причем не всегда адекватно отражающие криминогенную ситуацию в стране. В целом в законодательной регламентации конфискации имущества преобладает либеральный подход, что не соответствует приоритетам борьбы с преступностью, нашедшим отражение в Стратегии национальной безо пас-

3 URL A (дата обращения: 27.02.2011).

ности Российской Федерации до 2020 г. 4 В связи с этим осмысление внесенных в Уголовный кодекс Российской Федерации изменений и дополнений представляет несомненный научный и практический интерес.

Изложенное указывает на то, что регламентация конфискации имущества в системе отечественного уголовного законодательства как одного из инструментов противодействия преступлениям, совершенным из корыстных побуждений, да и преступности в целом, нуждается в дальнейшем совершенствовании.

Следует отметить наличие ряда теоретических проблем: отсутствует определение, в полной мере отражающее юридическую природу конфискации имущества в уголовном праве, отвечающее требованиям современной юридической науки; должным образом не разработаны вопросы, связанные с целями применения названного правового института; не определены место и роль общей конфискации имущества в арсенале уголовно-правовых средств противодействия преступности.

С учетом изложенного тема диссертационного исследования является актуальной как в научном, так и в практическом плане.

Степень научной разработанности темы исследования. Проблемы конфискации имущества как вида уголовного наказания рассматривались в работах, посвященных дополнительным видам наказаний, таких ученых-юристов, как А. В. Бриллиантов, В. Н. Веселова, И. М. Гальперин, В. К. Дуюнов, И. Л. Маро-гулова, Ю.Б. Мельникова, А. С. Михлин, Г. В. Назаренко, Т. В. Непомнящая, Д. И. Самгина, А. В. Степанищев, А. Л. Цветинович, Н. В. Щедрин, К. Н. Шутов и др. Подавляющее большинство исследований конфискации имущества основывалось на законодательстве, действовавшем до принятия Федерального закона от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации».

В последнее время конфискации имущества как мере уголовно-правового характера был посвящен ряд диссертаций на соискание ученой степени кандидата юридических наук: Н. В. Вискова «Специальная конфискация: юридическая природа, уголовно-правовые и уголовно-процессуальные средства обеспечения исполнения» (Самара, 2006), Д. Ю. Борченко «Конфискация имущества как мера уголовно-правового характера: понятие, природа, социальное предназначение и порядок применения» (Казань, 2007), В. А. Посоховой «Уголовно-правовая характеристика конфискации имущества и ее социально-правовая сущность» (Челябинск, 2007), А. А. Пропостина «Конфискация имущества как мера борьбы с преступностью: прошлое, настоящее, будущее» (Томск, 2010), А. Н. Малышева «Конфискация имущества в уголовном праве» (Москва, 2010) и др.

4 Рос. газета. 2009. 19 мая.

Признавая безусловную научную ценность подготовленных работ, посвященных проблемам конфискации имущества, следует отметить, что современные диссертационные исследования содержат ряд дискуссионных положений, связанных со статусом конфискации в уголовном законе, определением перечня преступлений, за которые она должна применяться, целями реализации данного института и перспективами его совершенствования в отечественном уголовном законодательстве, которые требуют дальнейшей научной разработки.

Цель и задачи исследования. Целью диссертационного исследования являются разработка научно обоснованной концепции повышения эффективности уголовно-правовых норм о конфискации имущества, а также совершенствования правовой регламентации конфискации имущества в уголовном законодательстве России.

Достижение указанной цели обусловило необходимость постановки и решения следующих задач:

показать эволюцию института конфискации имущества в уголовном законодательстве России;

изучить зарубежный опыт уголовно-правовой регламентации конфискации имущества;

дать понятие и раскрыть содержание конфискации имущества;

проанализировать виды конфискации имущества;

установить соотношение уголовно-правовой и уголовно-процессуальной конфискации;

определить предпосылки совершенствования уголовного законодательства в части, касающейся конфискации имущества;

выработать предложения по совершенствованию уголовного законодательства в части, касающейся конфискации имущества.

Объект и предмет исследования. Объектом настоящего исследования являются общественные отношения, возникающие в связи с реализацией механизма уголовно-правового воздействия на преступность.

Предмет исследования составляют уголовно-правовые нормы о конфискации имущества, содержащиеся в ранее действовавшем и современном отечественном законодательстве.

Методология и методика исследования. Методологическую основу диссертационного исследования составляет диалектика. Кроме того, автором были использованы исторический, сравнительно-правовой, формальнологический, системно-структурный, статистический и другие методы исследования. Исторический метод позволил проследить этапы и закономерности зарождения и развития конфискации имущества; посредством сравнительно-правового метода получены новые данные о регламентации конфискации имущества в результате анализа соответствующих норм уголовно-правовых

актов разных стран; при помощи формально-логического метода выявлены сущность и содержание конфискации имущества и т. д. Широко применялись социологические методики: анкетирование, интервьюирование. Использованы специальные прогностические методы: экстраполяции, экспертных оценок.

Теоретическая основа исследования базируется на научных трудах в области философии, теории государства и права, истории права, сравнительного правоведения, уголовного права, криминологии, социологии.

Нормативной базой диссертации послужили международно-правовые документы, Конституция Российской Федерации, действующее и ранее действовавшее уголовное законодательство России, уголовно-процессуальное и уголовно-исполнительное законодательство России, федеральные законы, руководящие разъяснения высших судебных инстанций СССР, РСФСР, Российской Федерации. Кроме того, диссертантом были изучены связанные с тематикой исследования законодательные акты отдельных стран дальнего и ближнего зарубежья.

Научная обоснованность и достоверность результатов исследования определяются широким диапазоном исследовательских методик и эмпирической базой, включающей материалы юридической статистики Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации за 2006-2010 гг.; сведения, полученные в результате опроса 42 судей, 10 докторов и 48 кандидатов юридических наук, 450 граждан Российской Федерации; материалы опубликованных уголовно-правовых и криминологических исследований по сходной проблематике, а также данные по теме исследования, представленные на 129 сайтах Интернета.

Научная новизна исследования определяется тем, что автором был проведен системный анализ конфискации имущества как вида наказания и как иной меры уголовно-правового характера, учитывающий современную криминальную ситуацию в России и не соответствующий ей либеральный подход, возобладавший в уголовной политике. На основе анализа ранее действовавшего и современного уголовного законодательства, практики его применения, точек зрения ученых-правоведов, а также собственного видения проблемы автор исследовал институт конфискации имущества в отечественном уголовном праве. Обосновано закрепление в Уголовном кодексе Российской Федерации одновременно общей и специальной конфискации имущества в качестве наказания и иной меры уголовно-правового характера. Определено понятие конфискации имущества, обозначены цели применения данной меры уголовно-правового характера, предложено авторское видение системы норм, регламентирующих конфискацию имущества в уголовном праве. Выделены основные предпосылки совершенствования уголовного законодательства в части, касающейся конфискации имущества, предложены

проект ст. 52 УК РФ «Конфискация имущества»; новая редакция главы 15 1 УК РФ «Конфискация имущества», атакже ст. 312 УК РФ.

Научную новизну диссертационного исследования определяют также основные положения, выносимые на защиту:

Историческими тенденциями развития конфискации имущества в российском уголовном законодательстве являются, во-первых, постепенное изменение статуса данного правового института от средства лишения личных и имущественных прав до дополнительного наказания и затем иной меры уголовно-правового характера, во-вторых, ослабление потенциала репрессивного воздействия в содержании конфискации.

В целях повышения эффективности применения конфискации необходимо использовать опыт правовой регламентации данного наказания в уголовном законодательстве ряда зарубежных стран. В частности, предлагается отнести ее к дополнительным наказаниям, определяя круг предметов, подлежащих конфискации, и предусматривая в случае невозможности реализации данного наказания его замену взысканием соответствующей денежной суммы в собственность государства.

Конфискация имущества представляет собой принудительное безвозмездное изъятие и (или) обращение в собственность государства имущества, являющегося собственностью осужденного, применяемое по обвинительному приговору суда за совершение тяжкого или особо тяжкого преступления из корыстных побуждений и назначаемое судом только в случаях, предусмотренных соответствующими статьями Особенной части настоящего Кодекса.

В целях усиления мер по противодействию коррупции предмет конфискации подлежит законодательному расширению за счет включения в него любого добросовестно приобретенного имущества осужденного, имущества, переданного осужденным членам его семьи независимо от их осведомленности о характере его происхождения, а также имущества, законность приобретения которого не может быть подтверждена обвиняемым.

Совершенствование уголовного законодательства в части, касающейся конфискации имущества, основывается на следующих предпосылках:

либеральный подход, возобладавший в уголовной политике, не соответствует криминальной ситуации в стране;

конфискацию имущества в том виде, в каком она закреплена в настоящее время в Уголовном кодексе Российской Федерации, нельзя полностью отнести к числу иных мер уголовно-правового характера;

не все возможности борьбы с коррупционными посягательствами уголовно-правовыми мерами, нашедшие отражение в соответствующих международных нормативных правовых актах, реализованы в рамках отечественного законодательства;

конфискация имущества как вид уголовного наказания соответствует Конституции Российской Федерации, следовательно, ее применение будет способствовать защите и реализации конституционных прав и свобод человека и гражданина;

исключение конфискации имущества из числа видов уголовных наказаний является необоснованным и противоречит требованиям борьбы с преступностью на современном этапе, так как конфискация имущества — одно из наиболее эффективных средств, сдерживающих корыстную преступность.

В целях повышения эффективности противодействия корыстной преступности необходимо восстановить в Уголовном кодексе Российской Федерации общую конфискацию имущества как вид наказания за тяжкие и особо тяжкие преступления, совершенные из корыстных побуждений, при сохранении специальной конфискации («взыскания») имущества в качестве иной меры уголовно-правового характера.

С учетом отечественного законодательного опыта, международных нормативных правовых актов и потребностей правоприменительной практики разработаны авторские проект новой редакции ст. 52 «Конфискация имущества», изменения и дополнения в главу 15 1 «Конфискация имущества», а также ВСТ.312УКРФ.

Теоретическая и практическая значимость исследования. Полученные результаты, теоретические выводы и практические рекомендации, сформулированные в диссертации, могут быть использованы в научно-исследовательской работе при дальнейшем исследовании института конфискации имущества в отечественном уголовном праве; законотворческой деятельности по совершенствованию уголовного законодательства в части, касающейся конфискации имущества; учебном процессе при преподавании курса уголовного права, а также спецкурсов «Основы уголовного права», «Проблемы назначения наказания», «Уголовное право зарубежных стран»; системе повышения квалификации работников судебных и правоохранительных органов.

Апробация результатов исследования. Основные положения и выводы работы изложены в 7 научных публикациях по теме диссертационного исследования (общий объем — 3 п. л.), в том числе две — в научных журналах, входящих в перечень, определенный Высшей аттестационной комиссией Минобр-науки России для публикации результатов диссертационных исследований.

Диссертация прошла обсуждение на кафедре уголовного права Омской академии МВД России. Основные теоретические выводы и практические рекомендации были представлены автором на международных и межведомственных научно-практических конференциях в г. Омске и г. Караганде в 2005-2010 гг.

Результаты диссертационного исследования внедрены в практику Управления Федеральной службы судебных приставов по Омской области, а также

в учебный процесс Омской академии МВД России и Воронежского института МВД России.

Структура работы. Диссертационное исследование включает в себя введение, три главы, объединяющие семь параграфов, заключение, список использованных источников, приложение.

Эволюция регламентации конфискации имущества в уголовном законодательстве России

Для правильного понимания сущности и значения уголовных наказаний в России важно иметь представление о возникновении, законодательном развитии и совершенствовании их в разные исторические периоды. Так, господствовавшие при феодализме в системе наказаний смертная казнь и членовредительство отражали невысокий уровень развития общества и соответствующие ему воззрения на цели уголовного наказания и средства их достижения. Капиталистические общественные отношения определили новые взгляды на преступление и наказание, на возможность извлекать в широком масштабе экономическую выгоду от использования труда преступников, поэтому смертная казнь и увечащие наказания уступают.место ссылке на каторгу и имущественным наказаниям.

Известный русский правовед А. Ф. Кистяковский писал, что «только история может дать объяснение причин как современного состояния уголовного права, так и состояния его в предшествующие периоды»1. Н. С. Таган-цев придерживался аналогичной позиции и указывал, что определить правильность того или иного юридического института на современном этапе мы можем, только проследив его историческую судьбу, «то есть те поводы, в силу которых появилось данное учреждение, и те видоизменения, которым подверглось оно в своем историческом развитии»2. С точки зрения другого исследователя, «без изучения исторического прошлого народа. невозможно полное понимание действующего права» . Поэтому ни одно современное исследование, носящее комплексный характер, не может обойтись без приме нения исторического метода, который позволит получить представление об основных тенденциях развития интересующего явления.

Анализ теории и практики применения такого юридического института, как конфискация, на различных исторических этапах позволит не только определить тенденции его развития, правовой регламентации в отечественном уголовном законодательстве, но и выработать единые пути решения возникающих в связи с этим вопросов, позаимствовать лучшее для дальнейшего совершенствования законодательства в этой области.

Слово «конфискация» происходит от латинского «confiscatio» (дословно — «помещение в корзину для хранения денег») и означает «принудительное изъятие имущества, денег и т. д. в собственность государства в соответствии с судебным решением или административным актом»1. Соответственно, само содержание наказания указывает на то, что правовое оформление оно могло получить только в период разделения общества на классы и возникновения государства. Корни конфискации относятся к эпохе, когда преступление вызывало лишь частную месть, возникшую как обычай раньше каких-либо государственных образований. «Обычай этот, — подчеркивал С. И. Баршев, — встречается уже везде задолго прежде, нежели начинают рассуждать, к чему может быть нужно и полезно наказание. Отсюда открывается, что не какие-нибудь выгоды или расчеты заставляют наказывать преступников, но что это наказание необходимо само по себе»2.

Поскольку преступление, или обида, рассматривалось древними как материальное зло, материальный вред, который должен быть возмещен, то и сущность мести состояла в том, что за зло, причиненное кому-либо тем или иным действием, непременно должно быть воздано также зло, а за всякой обидой должно следовать отмщение.

Обиды по Русской Правде, самому древнему законодательному памятнику, карались денежными штрафами, подразделявшимися на уголовные, шедшие в пользу княжеской власти, и частные, возмещавшие убытки потерпевшему или его семье. При несостоятельности преступника штрафы заменялись потоком, т. е. изгнанием и лишением личных прав (от слова «поточити» — заставить бежать), и разграблением, т. е. лишением имущественных прав, конфискацией движимого и недвижимого имущества1. Предполагается, что «поток и разграбление» представляли собой конфискацию имущества и изгнание преступника и его семьи в ссылку или предание смерти. Так, по ст. ст. 1,2 Краткой Правды, допускавшим возможность мести за убийство, штраф назначался только тогда, когда мстить по какой-либо причине не было возможности. При убийстве в разбое, считавшемся тягчайшей обидой, «за разбойника люди не платят, но выдадять и всего с женою и с детьми на поток и разграбление» (ст. 7 Пространной Правды) . 0 содержании этого наказания отдельные ученые имеют разные суж дения. М. Ф. Владимирский-Буданов утверждает, что «потоком называется лишение личных прав, а разграблением лишение прав имущественных; и то и другое составляет одно наказание, а не два вида наказаний, хотя в одном слу чае» . По мнению В. И. Сергеевича, «под потоком и разграблением нужно понимать конфискацию имущества преступника и ссылку его в заточение»4. Однако необходимо отметить, что эти расхождения не исключают главного совпадения — лишения имущества виновного.

Само наказание «потоком и разграблением» возникло из кровной мести и изгнания. Изгнание фактически означало право каждого безнаказанно убить виновного, при этом имущество его конфисковывалось в пользу потерпевшего. Фактически то же можно наблюдать в «потоке и разграблении»: имущество конфискуют, как у изгнанника, а самого преступника убивают или изгоняют из общины с обращением его жены и детей в холопов.

Зарубежный опыт уголовно-правовой регламентации конфискации имущества

Изучение зарубежного опыта использования конфискации имущества представляет интерес прежде всего с точки зрения совершенствования отечественного уголовного законодательства. Необходимо отметить, что на сегодняшний день конфискация имущества используется в законодательстве большинства стран. Между тем вопрос определения места конфискации имущества среди видов наказания законодателем каждой из стран решается, исходя из его представлений, в связи с чем наблюдается многообразие позиций в отношении конфискации имущества, что обусловливает актуальность данного исследования и его значимость для современной теории уголовного права. Анализ истории уголовного законодательства ряда зарубежных стран, а также современного этапа его развития дает возможность выявить и изучить подходы к решению вопроса о роли и месте конфискации имущества в числе наказаний.

В истории уголовного права зарубежных стран были периоды, когда конфискация имущества имела широкое распространение. Еще профессор М. Ковалевский указывал на то, что месть грозила в древности и личности, и имуществу обидчика, но когда обидчик скрывался, мститель ограничивался тем, что захватывал его имущество . Так, по древнему польскому праву в привилегиях, данных в Польше евреям в Л 264 г., наблюдается еще неограниченная месть, однако если убийца скрывается, то родственники убитого получают половину всего движимого и недвижимого имущества убийцы».

Система наказаний в развитом рабовладельческом обществе была весьма разнообразна, и уже в римском праве этого периода, а также в уголовном праве Египта наряду с другими наказаниями существует конфискация имущества.

Конфискация имущества присутствовала в системе наказаний всех государств, законодательные акты которых дошли до наших дней. Так, например, в 673 г. от рождества Христова в Риме, после того, как Сулла одержал победу в борьбе за власть, имущество поверженных врагов конфисковывалось в пользу государства, подобно военной добыче. Это наказание распространялось также на имущество потомков тех, кто пал в борьбе за революцию против Суллы3.

В Древней Греции все законодательства допускали в известных случаях полную конфискацию. В Афинах конфискация часто применялась вместе с другими наказаниями как кара за предумышленное убийство, святотатство, государственную измену, стремление к тирании, подкуп и т. п. Конфиско ванное имущество по отчислении десятины Афине и трети доносчику поступало в казну. Решение о конфискации имели право постанавливать лишь народный суд или народное собрание.

По мере развития денежных отношений у всех народов наказания начинают в разной степени изменяться в сторону все большего развития возможности выкупа. Но за государственные преступления наказание всегда было направлено против личности, и замена выкупом не допускалась. Однако это не исключало того, что одновременно с физическим уничтожением преступника происходила и конфискация его имущества.

В эпоху феодализма конфискацию имущества широко использовали папская церковь и светские феодалы, применяя ее в основном против ремесленников и зажиточных крестьян. Инквизиция, действовавшая с 1232 г., расследовала дела и карала за ересь, колдовство, ворожбу и т. п. В числе наказаний, применяемых ею, широкое распространение получила и конфискация имущества. Раскаявшиеся еретики приговаривались к конфискации имущества или срочному лишению свободы, нераскаявшиеся еретики и рецидивисты — к смертной казни и конфискации имущества. Имущество жертв инквизиции шло на пополнение как папской, так и королевской казны

Средневековые памятники права («Салическая правда», «Каролина») включали конфискацию в систему мер наказания. В более поздней, чем «Салическая правда», «Lex Ribuaria» (741-747 гг.), системе в числе наказаний, назначаемых за измену, была установлена смертная казнь и конфискация имущества (ст. 69,1), а изгнанием и конфискацией имущества карались убийство кровного родственника и кровосмешение (ст. 69,2). Можно заключить, что за счет такого вида наказания, как конфискация имущества, который был широко известен и повсеместно использовался государством, в указанный период шло пополнение казны

Понятие и содержание конфискации имущества

Раскрытие сущности конфискации имущества, ее юридической природы выступает отправным моментом для определения ее содержания, цели, значения. Конфискация неразрывно связана с преступлением, так как невозможно представить ее применение без совершения преступления. Она есть мера государства, его реакция на преступное поведение человека, это выражение отношения государства к совершенному деянию, которое имеет свое закрепление в Уголовном кодексе Российской Федерации.

Статья 2 УК РФ определяет, что «задачами настоящего Кодекса являются: охрана прав и свобод человека и гражданина, собственности. от преступных посягательств. Для осуществления этих задач настоящий Кодекс установил виды наказаний и иные меры уголовно-правового,характера за совершение преступлений». При этом содержание наказания и иных мер, и в частности конфискации имущества, их понятие, признаки всегда зависели от того, в рамках какой общественно-политической формации они существуют, какая идеология главенствует в обществе. «Виды и система наказаний являются отражением господствующих в том или ином обществе взглядов на средства борьбы с преступностью. Отсюда система наказаний складывается и формируется в законе в соответствии с господствующими взглядами на эту борьбу и отражает результаты развития общества, соответствует определенным этапам этого развития» .

Уголовный закон на любом этапе развития общества должен соответствовать его уровню развития, складывающимся правовым взглядам и убеждениям. Истории известно большое количество примеров эволюции средств и методов борьбы с преступностью, зависевшей, прежде всего, от изменений общественного строя. По мере формирования человеческого общества модифицируются понятие и характер уголовного наказания. В уголовном праве в различные периоды развития Российского государства постоянно пересматриваются не только деяния, которые включаются в категорию преступлений, но и методы уголовно-правового воздействия: перечень видов наказаний за преступления, иные меры, являющиеся правовыми последствиями совершенного преступления. Однако вопрос о месте и роли такой категории, как конфискация имущества, в юридической науке остается открытым.

Конфискация имущества в советской и ранней российской научной литературе непосредственно понималась как один из видов наказаний, так как она считалась дополнительным наказанием и до ее отмены в 2003 г. представляла собой принудительное безвозмездное изъятие в собственность государства всего или части имущества, являющегося собственностью осужденного, как и любой вид наказания, она обладала прежде всего карательным потенциалом.

В этой связи интерес представляет мнение Европейского Суда по правам человека по жалобе Исмаилова против Российской Федерации. По делу обжаловалась конфискация российскими властями денежных средств, вырученных от продажи семейной недвижимости, которые заявитель не задекларировал при пересечении таможенной границы в 2002 г. и которые впоследствии были обращены в доход государства судом первой инстанции как вещественное доказательство, а заявителю было предъявлено обвинение в контрабанде. Европейский Суд постановил шестью голосами «за» и одним «против» признать жалобу в части конфискации приемлемой, отметив, ничто не позволяет предположить, что путем применения к заявителю конфискации власти намеревались предупредить иную незаконную деятельность, ввоз данной суммы в Российскую Федерацию допускался при условии ее декларирования таможенному органу, следовательно, единственным преступным деянием, которое может быть вменено заявителю, выступает неподача таможенному органу соответствующей декларации. Вместе с тем заявитель не причинил имущественного ущерба государству, а конфискованная сумма, несомненно, была для него значительной. Таким образом, конфискация являлась не компенсационной, а сдерживающей и карательной мерой, поскольку государство не понесло каких-либо убытков в результате недекларирования заявителем денежных средств, однако в настоящем деле заявитель уже был наказан за контрабанду условным лишением свободы с испытательным сроком. При таких обстоятельствах конфискация, примененная в качестве дополнительного наказания, была, по мнению Европейского Суда, несоразмерной, поскольку возлагала на заявителя «индивидуальное чрезмерное бремя»1. Иными словами, суд пришел к выводу, что ввиду слишком жестокого характера примененного к заявителю совокупного наказания конфискация представляла собой дополнительное наказание, усилившее собой строгость основного.

При этом есть несовпадающее особое мнение судьи Ковлера, который не посчитал примененную в данном случае конфискацию несоразмерным наказанием, указав, что ч. 1 ст. 188 УК РФ предусматривает наказание до пяти лет лишения свободы. Таким образом, лишение свободы на два года условно не является действительно несоразмерным наказанием даже в сочетании с конфискацией вещественного доказательства».

В настоящее время в соответствии со ст. 2 УК РФ к лицам, совершившим преступление или общественно опасное деяние, могут быть применены иные меры уголовно-правового характера, к которым отнесена и конфискация имущества, назначаемая наряду с наказанием. Таким образом, законодатель восстановил конфискацию имущества в Уголовном кодексе Российской Федерации, включив ее в раздел «Иные меры уголовно-правового характера».

Предпосылки совершенствования уголовного законодательства в части, касающейся конфискации имущества

«Преступность, — отмечал В. Н. Кудрявцев, — неотъемлемая форма общественной жизни, форма поведения людей, которые не могут по тем или иным причинам использовать законные средства для своего существования или же, не считаясь с нормами права и морали, находят преступную деятельность несравненно более выгодной, чем иное занятие. Разумеется, речь идет об основном массиве преступников, мотивация поведения которых имеет преимущественно корыстный характер»1. О том, что мотивация большей части преступников действительно имеет, как правило, корыстный характер, свидетельствуют сведения о зарегистрированных преступлениях (табл.).

Из данных таблицы видно, что более половины всех регистрируемых преступлений составляют корыстные посягательства на собственность. Если учесть преступления экономической направленности, коррупционные и иные преступления, совершаемые из корыстных побуждений, то можно с уверенностью говорить, что подавляющее большинство преступлений имеет корыстную мотивацию. Это, в частности, подтверждает структура преступности в 2008-2009 гг. (прил.). Аналогичная ситуация складывалась и в 2010 г.: всего зарегистрировано 2 628 799 преступлений; хищений (краж, мошенничеств, присвоений, грабежей, разбоев) — 1 481 082, преступлений экономической направленности — 276 435.

Следовательно, государство обязано должным образом реагировать на данную тенденцию, проводить соответствующую уголовную политику. Необходимо отметить, что в последнее время ученые все чаще обращаются к проблемам уголовной политики1. «Уголовная политика, как одно из направлений социальной политики, — это государственная политика в области борьбы с преступностью. Речь идет о направлении деятельности государства в этой специфической сфере, об определении задач, содержания, форм деятельности государства и его органов по борьбе с преступностью. уголовная политика представляет собой стратегию и тактику этой борьбы. Стратегия и тактика предполагают ответы на два вечных вопроса: что делать и как делать? На первый вопрос ответ дает стратегия, на второй — тактика»2. Полностью разделяем это мнение. В рамках настоящего параграфа нами предпринята попытка определить общее направление совершенствования уголовного законодательства в части, касающейся конфискации имущества.

Современная криминология исходит из того, что «причины преступности следует искать в многообразной палитре взаимоотношений человека с внешней средой как социального существа, в том, что является содержанием бытия человека во всех его сложностях и противоречиях»1. Для нашего исследования наибольший интерес представляет правовой причинный комплекс — это «недостатки, пробелы и изъяны основной составляющей социально-правовой политики государства, которую можно определить как выработанную государством стратегическую (генеральную) линию, определяющую основные направления, методы, средства правового воздействия на преступность, в частности, путем разработки и совершенствования законодательства, практики его применения, а таюке выработки и реализации мер антикриминального воздействия» .

Именно поэтому при разработке новых законов, а также предложений по внесению изменений и дополнений в уже действующее законодательство, рекомендаций по практическому правоприменению «ни в коем случае не следует поддаваться политическим пристрастиям, которые, как правило, сиюминутны, поверхностны и связаны с судьбой конкретных политических фигур, а не с желаемым образом российской государственности.. .»3.

По мнению Н. Н. Моисеева, разумное общество — это общество, идущее к состоянию, которое необходимо для того, чтобы избежать деградации и сохранить возможность для дальнейшего развития4. Причем развитие должно быть направлено на укрепление возможности позитивного совершенствования и безопасности как отдельной личности, так и всего общества и государства. В связи с этим следует согласиться с А. Н. Харитоновым в том, что «все активнее заявляет о себе воинствующий «гуманитарный технократизм», означающий стремление путем разного рода манипуляций достичь целей, поставленных узкой социальной группой. Такие цели имеют заведомо деструктивный характер, ибо они не учитывают реальных потребностей личности, общества, государства. Они изначально эгоистичны, антиисторичны и безнравственны» . В то же время изменения и дополнения уголовного законодательства в части, касающейся исключения конфискации имущества из видов наказания, введенные Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ2, по нашему мнению, преследуют узкокорпоративные цели, не отвечающие устремлениям общества в борьбе с преступностью.