Права женщины в христианстве

Права женщины в христианстве

В чем разница между мужчиной и женщиной? Почему женщина не может быть священником, должна носить головной убор в Церкви, не может причащаться в определенные дни? Cуществует ли дискриминация женщины в Церкви?

Уважаемая редакция, почему при крещении мужчин проводят через алтарь, а женщин — нет? Почему женщины не должны причащаться во время менструаций и 6 недель после родов? Почему в храме женщины должны находиться с покрытой головой, а мужчины — без головных уборов? Какова разница между ними (кроме первичных и вторичных половых признаков)? Какова разница с точки зрения Церкви? Желательны ссылки на источники, так как мое невежество в этой области губоко и полно.

Уважаемая Ольга! Все Ваши вопросы исходят из половых различий в тварной природе человека. Эти различия и их смысл во многом остаются загадочными. Предлагаю Вам отрывок из лекции по Православной антропологии читанной мною Православном Российском Университете.:

«Мужчина и женщина

Смысл разделения. Первое, что можно заметить — это то, что человек сотворен единым. Я подчеркиваю еще раз этот аргумент, потому что он очень важен. Единство человека проявляется уже не только в том, что в Адаме есть все человечество, но в Адаме есть мужчина и женщина. В первом созданном человеке есть соединение обоих полов, потом они разделяются. Но вот проблема, с какой необходимостью проявляется в первозданном человеке разделенность на пол. Была ли в этом необходимость? Если женщина происходит от неполноты Адама, то законно задать вопрос, создал ли Господь Адама неполноценным? Что невозможно, ибо Господь благ. Почему вдруг потребовалась помощница, в чем был недостаточен сам Адам, чтобы необходимо была изведена Ева из его недр? В чем она должна была ему помогать?

Мнение отцов Церкви делится на две части. Профессор Троицкий пишет: “В истории человеческой мысли встречаем две главные теории в учении о браке, . Одну можно назвать реалистической, другую — идеалистической” [33, c58]. Христианские писатели во многом наследовали эти взгляды. Также и в православном мире существует два взгляда на смысл полов. Профессор Троицкий пишет об Иоанне Златоусте, в творчестве которого он различает, как зеркале, борьбу двух течений (см. с 33, прим.). Итак, одни богословы относят появление Евы к необходимости размножения рода человеческого, другие к необходимости познания своей недостаточности и взаимному стремлению к единству. Не имея сейчас возможности говорить об этом подробно, скажем только, что это разделение, на мужчину и женщину, важно для нас, по следующим важным причинам:

первое — разделение совершено Самим Творцом, мужчину и женщину сотворил их (Быт 1, 27), значит разделение промыслительно, то есть в нём есть смысл и задание человеку;

второе — оно разделило людей на такие две половины, которые неминуемо и естественно тяготеют друг к другу, то есть разделены, но остались связаны любовью и эросом;

третье — человек не может не быть одним из двух, он либо мужчина либо женщина, третьего не дано.

Более оригинальную точку зрения высказывает святитель Григорий Нисский, он ставит вопрос так: Как же должен был распространяться человек, если бы он не совершил греха? То есть, был бы другой способ распространения человека, кроме чувственного, плотского, если бы он не пал? И тогда он отвечает: Ну а как же ангелов же множество, значит они каким-то образом размножаются, вот и человек бы так же, если бы он не пал в грехе, размножался бы таким же ангелоравным способом. (См. главу XVII, “Об устроении человека. С 56-59, [78]).

Думаю, что такое рассуждение нас не может удовлетворить. Во-первых, мы ничего не можем знать о размножении ангелов, тем более, что наиболее распространенное мнение, что ангелы не размножаются, а, во-вторых, сотворены в том числе, в котором есть.

Итак, женщина создана для восполнения недостающей функции воспроизводства, т.е. для рождения детей. Это одна точка зрения. Другое мнение на сотворение мужчины и женщины заключается в том, что Ева изводится из Адама не для деторождения только, хотя, безусловно, что в естестве мужчины и женщины, в их разделении эти свойства закладываются в творении, они такими мужчины и женщины создаются, чтобы рождать детей. Но не это главное, не в этом суть. Суть в полноте человеческого бытия.

Но разве Адам не в полноте? Зачем ему помогать и в чем? Имена животным он нарек один. В этом ли помощь ему? Я думаю, что здесь возникает вопрос, который имеет для Церкви первостепенное значение в исследовании философии и богословии брака. Исходя из того, как будет решаться этот вопрос, будут решаться вопросы безбрачия, монашества, духовной жизни или плотской жизни. Если подходить к этому вопросу деторождения, то тогда, действительно, человек есть животное, у которого есть необходимость размножаться, причем совершенно тогда не понятен смысл размножения — зачем множество такое великое. Затем становится непонятным тогда явление брака, ибо брак как супружество двух в смысле рождения детей не удовлетворителен в полном смысле слова. Для рождения детей могла существовать другая форма — полигамия. Она еще более способствует заповеди «плодитесь и множьтесь», и тогда смысл брака бы исчезал.Если в соитии мужчины и женщины главная цель — деторождение, тогда и все остальные условия деторождения должны быть направлены на это.

Но смотрите в творении появляется пара, и пара эта достаточна. В ней не появляется с необходимостью поиск третьего. В чем проявляется образ Божий? В троичности. Адам, Ева и сын Адама — как бы образ Троицы. Думаю, что такой строй мышления методологически не выдержан. Соотношение между Адамом и Евой совсем не такой, как между Лицами Святой Троицы, тем более между Адамом и сыном его рожденным тоже не таково. Хотя в некотором символическом образе это может угадываться. Но для нам важны некоторые фундаментальные вещи.

В силу того, что познание в Адаме связано с делением на качества и на действование духа в нем, ума и слова, любви, познание самого себя и стало быть познание Бога, было неполновесным. В силу того, что Адам не с необходимостью должен был познавать самого себя, он не обладал этим объектом познания. И стало быть, познанием Бога. Ибо в себе, в том числе и в себе он должен был познать Бога. Помимо того, что в непосредственном богообщении Адам познавал Бога, во всем мире и в творении мира он познавал Бога, он должен был Бога познавать и через самого себя.

И вот это познание через самого себя рождает в нем необходимость некоторого внутреннего отступления от себя, выходя из себя. Познание и любовь, и действие в Адаме с необходимостью предполагают выход из себя самого. И тогда Бог из него выводит новое существо и даем ему душу. Не душа Адама двоится, но Бог изводит Еву из тела Адама и дает ей душу. В тот момент, когда, как сказано в Библии, Бог привел Еву к Адаму, и он сказал: это плоть от плоти моей, кость от костей моих. Он увидел человека, но не в себе, а вне себя. А до этого он не мог видеть человека как творение. В Еве он впервые видит человека такого же, как он, причем это его сущность. Не сотворил Бог нового человека, человек уже создан и никакого нового творения не происходит, но появляется существо, которое есть действительно Адамова плоть, Адамово существо, но он видит это существо вне себя, он видит его как образ человека и познает в нем образ Божий. Таким образом познание человека становится не внутренним, субъектным, но субъектно-объектным. Он познает самого себя вне себя и можно сказать, что в этом смысле в Адаме впервые появляется со-знание, в зародыше, в возможности, потому что сознание предполагает одну чрезвычайно важную умственную процедуру — для того, чтобы сознавать себя, нужно выйти за рамки своего знания и увидеть, каков ты есть, со стороны. И можно предположить, хотя я на этом не могу настаивать, что появление перед Адамом Евы открыло в нем эту чувственную, доселе невозможную способность познавать себя вне себя. Он стал видеть “себя” в “другом”.

Заповедь «возлюбить с появлением Евы становится осуществляемой. Адам выходит из замкнутости в отношении к себе, вступает в диалог, и любовь рождается не как некое приобретаемое качество, а как врожденное качество, как качество, которое необходимо должно быть. Ева есть он сам, и в то же время есть выхождение из самого себя. Но поскольку это он сам, то не может быть никакого антагонизма, никакого противоречия между этими двумя этими субъектами, между двумя этими «Я». Есть полное соединение и приятие друг друга, потому что это и есть «Я». Можно сказать, что первозданная пара есть идеал человеческого брака, как начальной точки брака. В браке мужчина и женщина должны достигнуть такого соединения своих «Я», чтобы получилась одна плоть, одно естество. Таким образом то, что Адаму было дано как данность — единство, разделяется Богом, и становится его задачей. Его бытие теперь уподоблено единству, через двойственность.

Можно сказать так, что единство человеческого рода, вернее, единство человеческого существования на земле олицетворяет пара. И эта пара не двое людей, эта пара есть одно целое существо. Она есть единица измерения человеческой жизни. Это и есть брак. Брак как полнота человеческого существования на земле по воле Божией.

Рождение детей первой пары, рождение первого сына — оно нарушает равновесие, полноту. Адам и Ева — как бы некая достаточность друг для друга и перед Богом. Рождение третьего вносит дестабилизацию, происходит нечто совершенно новое, рождается множественный мир, и он уже в этой паре, в этой полноте не удерживается, он выходит за ее пределы. Поэтому можно сказать, что с рождением первого сына мир человеческий приобретает совершенно иное качество. Естественно, что внутри этой пары есть как бы два движения одновременно: это тяготение друг к другу, две половины, разделенные, стремятся к объединение, всецелому соединению, и чувственному, и плотскому, и духовному. И в то же время эти две половины являют собой два субъекта, между ними должен возникнуть некий антагонизм. Но этот антагонизм поглощен во-первых, любовью, во-вторых, совершенством, и, в-третьих, единственностью и единством. Этот антагонизм не становится враждебным, не становится реальным, исполненным. Он является только возможным. Грех открывает ему полные ворота. Через грех эта разделенность становится враждебностью, агрессией друг против друга. Но о грехе — в следующей лекции.

Неравенство. Теперь обратимся к вопросу о равенстве мужчины и женщины в этом смысле, смысле творения. Многие богословы подчеркивают, что женщина не обладает полнотою бытия человеческого по одной простой, так сказать, причине: Бог сказал, сотворим помощницу ему. Адам самостоятельный художник, самостоятельный творец, сотворец, а женщина, Ева, помощница ему. И как бы этим подчеркивается ее служебная, второстепенная роль, по сравнению с Адамом. Но можно сказать, что если в этой паре, в Адаме и Еве, есть безусловная полнота человеческого бытия, то тогда это не совсем совпадает с таким пониманием, что Адам и Ева не в равном положении, что она помощница, а он глава. Но несомненно то, и мы никак не можем обойти этот факт, что между мужчиной и женщиной не может быть с самого начала никакого равенства. И дело не в том, что Адам сотворен, а Ева изведена, — почти все богословы настаивают на этой разнице, — один человек — Адам — творится руками Божиими, другой человек — Ева — изводится из него недр, третий человек — сын Адама и Евы рождается по плотскому способу. Здесь как бы три ступени появления человека. И затем как бы все люди уже появляются третьим способом. Как бы три способа рождения человека.»

Теперь о Ваших конкретных вопросах:

А) Алтарь это место священнослужения, поэтому мужчинам и мальчикам возможно там служить, они посвящаются Господу. Девочки же предстоят после Крещения перед Церковью и только.

Б) «Месячные» еще в Ветхом Завете считались не чистотой, что мешало женщинам приходить в храм. Сохранилось это и в христианстве.

В) Послеродовое 40-дневное воздержание от храма и Таинств тоже основано на иудейском законе, но смысла в Церкви Христовой найти не могу.

Священник Андрей Лоргус

Очень благодарна Вам за ответ.

Могу ли я просить о некоторых пояснениях? Но несомненно то, и мы никак не можем обойти этот факт, что между мужчиной и женщиной не может быть с самого начала никакого равенства. Я бы очень хотела понять в чем именно неравенство с точки зрения Церкви? Ибо все вы сыны Божии по вере во Христа Иисуса; все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись. Нет уже Иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно во Христе Иисусе. (Гал.3:26-28) Алтарь это место священнослужения, поэтому мужчинам и мальчикам возможно там служить, они посвящаются Господу. Девочки же предстоят после Крещения перед Церковью и только. В чем разница между существом, которое посвящается Господу, и существом, которое предстоит перед Церковью и только? Что значит предстоять перед Церковью? Что значит посвящаться Господу? Послеродовое 40-дневное воздержание от храма и Таинств тоже основано на иудейском законе, но смысла в Церкви Христовой найти не могу.

Вот цитата (http://www.wco.ru/biblio): Истина и целомудрие

Что необходимо знать каждой матери. Книга для бесед родителей с детьми.

Грех наложил отпечаток на историческое бытие всего человечества. Страстное (то есть сопровождающееся страстным зачатием) рождение от семени по образу низшей твари стало неотъемлемой частью той биологической, скотоподобной жизни, на которую осудил себя человек. Таким образом, вместе с зачатием, соединенным с плотским удовольствием, ребенку от родителей из поколения в поколение передавался и грех произволения (первородный грех), и немощь естества. Рождение, — говорят православные богословы, — стало «каналом», который приобщал человека с самого начала его бытия к потоку греховной жизни. Через него все люди получают в наследство порчу природы и склонность ко греху. Вот что означают слова святителя Игнатия (Брянчанинова) о «заразе, которую источает человеческое падение во всех человеков посредством унизительного зачатия по подобию зверей и скотов, зачатия во грехе. » «В беззакониих зачат семь, и во гресех роди мя мати моя», — восклицает св. пророк Давид от лица каждого человека. Потому в Православной Церкви никогда не культивировалось восторженное умиление по поводу зачатия и рождения, как чего-то высокого и прекрасного(. ). Наоборот, Уставом предусмотрено 40-дневное очищение родильницы от нечистоты рождения, после чего над ней читается священником специальная «молитва жене-родильнице». В этой молитве иерей просит Бога очистить женщину «от скверны телесной и скверны душевной». Только после этого мать может ходить в церковь и причащаться Святых Христовых Тайн. Многие ли матери, крещенные в Церкви и считающие себя христианками, знают это?

(Там же в книге о христианском воспитании девочек есть глава:»Женщина не может быть хорошим специалистом»)

Хочу заметить, что мною движет не праздное любопытство.Я не сталкивалась с отношением к женщинам как существам «второго сорта» до общения с верующими. Меня это ошеломило. (Например: муж — посредник между женой и Богом, муж неверующий — и жена не спасется, помощница не мужу — значит лукавому, ведьма, женщины от рождения более грешны. ) В качестве аргументов приводится и то, что мужчин проводят через алтарь при крещении, а женщин — нет и см. мои вопросы. Более того мне сказали, что я не могу стать православной христианкой, если не согласна с таким отношением к женщинам. А я этого не чувствую. Т.е. ничего такого не чувствую и не вижу, и не верю в такое.

Проблема же в следующем: я пытаюсь выяснить, какова же позиция Церкви по отношению к женщинам, а в церковь не хожу, так как считаю, что участвовать в службе можно, если со всем согласен. А время идет, на вопросы ответов нет, спрашиваю — не отвечают, может быть никакой сформулированной позиции и нет, тогда и не важно, что я там думаю, это не принципиально. Но это тоже нужно узнать. Или я заблуждаюсь?

С нетерпением жду ответа отца Андрея на Ваши вопросы. Но умоляю Вас, Ольга, не отлучайте себя от богослужений и Таинств, т.к. Вы отсекаете себя от источника, который исцеляет душу и рассеивает всякие смущения. Если Вы крещены и исповедуете Символ Веры, то где как не в Церкви просить у Бога вразумления.

Вы задаете «неудобные» для многих церковных людей вопросы. Действительно, на многие вопросы в Церкви нет «сформулированной позиции», не все «разложено по полочкам», четко и ясно определено методами формальной логики. Кроме того, существует и много формально противоречивых мнений, в том числе и святых отцов, по какой-либо проблеме. Так, например, одни Отцы говорят, что женщина более виновата в первородном грехе, т.к. она послушала змея, а другие приводят пример Пресвятой Богородицы, Которая единственная из людей, подверженных первородному греху, явилась выше Архангелов и Ангелов. Однако никогда и нигде никто из Отцов не говорил о том, что женщина — «существо второго сорта», что «муж не верующий — жена не спасется» и т.д. Эти измышления — продукт невежества людей, в том числе многовековых предрассудков и народных обычаев. А современные православные неофиты быстро все это подхватывают и пытаются другим навязать ошибочные мнения, считая, что все, кто с этим не согласен — чуть ли не враги Церкви. Можно все это слушать, но зачем же воспринимать это как истину в последней инстанции? Только на основании того, что они 5 лет в Церкви, а Вы 1 год? Плюс ко всему, одной из причин этих воззрений на женщину является всеобщее стремление женщин к эмансипации, т.е. освобождения от своего предназначения, данного им Творцом.

Да, между мужчиной и женщиной не может быть равенства, потому что в равенстве не может быть любви. А Бог есть Любовь и Его Заповедь суть: «Любите друг друга, как Я возлюбил вас». Мужчина и женщина созданы так, чтобы дополнять друг друга и в браке должна быть полнота: «Тяготы друг друга носите и тако исполните Закон Христов». «Не хорошо человеку быть одному». Даже в монашестве эта проблема существует, но она решается с помощью Благодати Божией многими усилиями и подвигами. Что же касается подчиненности женщины, т.е. послушания жены мужу, то в этом также проявляется любовь, если это послушание свободное и сознательное, а самое главное, в Боге. В послушании нет унижения, а есть смирение, т.е. следование Воле Творца. Гордыня же никому не приносит пользы — ни женщине, ни мужчине.

По поводу того, что мужчина входит в алтарь, а женщина нет — в этом тоже нет дискриминации, а опять же — установленный Богом порядок, в котором каждому существу отведено свое место и дано определенное предназначение. Для женщины — рожать детей и созидать дом, быть помощницей и утешением мужу, для мужчины — служить Богу в качестве священника, поддерживать семью материально, любить жену и заботится о ней, как о своей плоти. Нарушать этот порядок — значит спорить с Богом. Что же касается месячных очищений, на на этот вопрос я ответить не берусь.

В любом случае, в церковь ходить надо, даже если что-то не ясно и с чем-то не согласны. Как правило это несогласие происходит либо от неправильно понимаемой проблемы, либо от гордости, с которой нужно бороться. Многие недоуменные вопросы разрешаются именно после участия в богослужении и Таинствах, в практической жизни Церкви, иногда сразу, а иногда через много лет.

Простите, если что не так.

Отвечает: Священник Андрей Лоргус

Вас интересует официальная позиция Церкви. Такая позиция существует в практике. Ее нет в в тексте. На практике же, есть только несколько ограничений для женщин, о них мы уже говорили. Так вот, кроме этой практики, нет других общепринятых позиций. Что касается богословского осмысления, то оно разнообразно и противоречиво, что Вы правильно заметили. Общего Церковного мнения не найдете.

Но замечу Вам, как пастырь, то есть ответственно, от лица Церкви: ничем женщина в Таиствах не ограничена по существу, никаких догматических учений Церкви относящихся только к мужчине нет, нет также и учений об иной — женской природе. Климент Александрийский, например, считал, что душа не имеет пола, то есть, что духовная природа человека общая — единая.

Я не вижу причин, по которым бы Вы, могли быть несогласны с Церковью. Хорошо, однако, что Вы не кривите душой и хотите цельности Вашего исповедания.

МНЕНИЕ АНДРЕЯ КУРАЕВА:

Дьякон Андрей Кураев, находясь в Киеве в неделю жен-мироносиц, так говорил о женщине в православии.

Существует распространенный миф о том, что Православная Церковь принижает, унижает женщину. Но подумайте, разве может это делать та Церковь, которая о женщине говорит «Честнейшая, чем херувимы» и без всякого сравнения достойна славы по сравнению с серафимами. О каком догматическом унижении женщины может идти речь?

Эти нападки основываются на положении о недопустимости женщины в алтарь православного храма, на невозможности женского священства. Что ж, для поборников «равенства любой ценой» такое положение означает очевидную дискриминацию. И борьба с этим нашим «догматическим предрассудком» уже ведется, причем, видимо, исходя из принципа, что лучшая защита – нападение. Так, в современном феминистском богословии на Западе мне доводилось встречать следующие утверждения: раз женщина создана из ребра Адама , это означает ,что мужчина не более чем промежуточный полуфабрикат на пути создания женщины, и потому, именно женщина — венец творения, а мужчина -просто необходимое технологическое звено, не более того. В этом суждении есть своя правда. Адам действительно создается из «праха земнаго», затем насаждается Эдем на Востоке земли и, лишь потом, создается Ева. То есть женщина в буквальном смысле является райским созданием…

Однако, когда Адам приходит в себя после божественной операции, первыми он произносит очень странные для нашего уха слова: «И вот она наречется женою, потому что взята от мужа». В русском переводе в этой фразе нет логики. Но в еврейском оригинале Библии логика ясна. Муж – в еврейском «иш», жена – «иша», у этих слов общий корень, они онтологически едины.

А если мы обратимся к архаике, то перед нами возникает еще более древняя игра слов. В шумерском языке слово «цил» означало ребро и жизнь. (Семантический ряд несложен: жизнь, сердце, грудь, ребро) В еврейском – ребро называлось «цила» и дополнительный смысловой оттенок имело такой же, как в русском – «грань». То есть женственность осознавалась, как выращенная из некоей грани человеческой природы, причем грани изначально этой природе присущей…

Это очень важный тезис. Потому, что для языческих философских систем женское и мужское начала — это начала антагонистические, борющиеся. Традиционные парные категории: «свет-тьма», «добро -зло», «мужское -женское». Вспомним даосское «инь — ян», в котором черная половина как раз и означает женское начало. Библия же выступает категорически против такого «дуализма».

Дальше Адам произносит парадоксальную фразу: «И от ныне оставит отца и матерь свою, и прилепится он к жене, и облекутся двое в плоть едину». Дайте проанализировать эту фразу социологам, психологам — не богословам. И они скажут поразительную вещь – это социальная формула… матриархата. Мужчина оставляет свой дом и переходит к жене. В Божьем замысле структура семьи — матриархальна, но, сразу после грехопадения, Бог изменяет порядок, говоря женщине: отныне к мужу влечение твое, и он будет господствовать над тобой. В этой точке произошел переломный момент. Преподобный Ефрем Сирин полагает, что случилось это вследствие того, что Ева, вкусив запретный плод, сразу же дерзнула превознестись над Адамом, искусив тем самым и его. И в наказание за страсть гордыни, Господь смиряет ее, поставив ниже того, над кем она хотела превознестись. Не нам судить, насколько это наказание сурово…

Однако же, несет его женщина достойно — стоит обратить внимание на то, что во всем Евангелии ни одна женщина ничего плохого Христу не делает. Даже жена Понтия Пилата заступается за Христа…

Впрочем, вернемся к вопросу женского священства. В христианском мире существует разное его понимание. У лютеран, англикан есть женское священство, у православных его нет. Но я бы сказал, что есть. В том смысле, который вкладывают в это понятие протестанты, можно утверждать, что у православных оно тоже есть. Ведь у протестантов нет литургии, у них пастор – это всего на всего проповедник. И с этой точки зрения женщина у нас тоже может быть «священником» — преподавать в воскресной школе, читать проповедь по телевидению и так далее. У нас нет запрета на женскую проповедь: и святая Нина, и Магдалина, проповедующая Тиберию Воскресение Христово — тому примеры.

Далее, у протестантов пастор — это советник, нечто вроде семейного психиатра.

Так ведь и у нас, в женских монастырях старицы даже епископам порой могут дать духовное наставление. Более того – одно из таинств, таинство Крещения, как и любой мирянин, по необходимости, может исполнить и женщина. (Вот, кстати, почему так важно, чтобы в родильных домах были и православные акушерки. Ведь если ребеночек на грани жизни и смерти и некогда ждать священника, то важно успеть свершить таинство Крещения. Это может сделать любая акушерка и Церковь благословит то, что она сделала).

Но есть Таинство Евхаристии. А Литургия это икона, образ. Образы бывают разные. Есть живописные образы, литературные, музыкальные, а есть сценический образ. Так вот Литургия — сценическая икона Тайной Вечери. А Христос прошел через таинство обрезания, он был не просто общечеловек, а, несомненно, мужчина. Потому священнику так важно уподобиться Христу, внутренне, конечно, в первую очередь, но ведь и внешне. Сотворить образ Христов. Потому и борода, и волосы. Литургисающий должен быть мужчиной. Кроме того, священник обязан исповедовать, а женщина ( это мое частное мнение ) для этого слишком эмоционально отзывчива. Дело даже не в том, что по ее лицу можно будет читать все, что рассказывают ей на исповеди, а в том, что исповедуют порою такое… Нет, это не женский крест.

Женщина мечтательна и потому легче впадает в прелесть. Когда змий искушает Еву, он говорит – а правда, что вам нельзя вкушать ни от одного древа в раю? А Ева отвечает – нет, от всякого можно, а к древу познания нельзя прикасаться. Вспомним, что заповедь, которую Господь дал людям, гласила: «Не вкушайте, от плодов древа познания…». А Ева в воображении своем без нужды ужесточает запрет – «не прикасайтесь» и, тем самым, перевирает его. Начинается самочинное богословское творчество, неизбежно отдаляющее душу от замысла Божьего…

И вот что получается, есть слово «Православие» и есть слово «женщина», оба воспринимаются мягко, но почему-то сочетание этих слов – «православная женщина» приобретает гораздо более жесткое содержание. Очевидно, что женская религиозность нетерпимей и агрессивней. Всякая женщина имеет опыт изгнания, не из рая, но из православного храма — точно. (Куда, в помаде!) Но там, где женщина возвышает себя духовно, скажем в монашестве, там, где в ней перегорают врожденные недостатки, она становится в один ряд со святыми отцами. А в святости половых различий нет.

Женщина в исламе и христианстве: новые вымыслы

Не так давно на страницах многих сайтов была опубликована статья профессора Казанского государственного университета г-на Шарифа Азимова «Женщина в исламе: правда и вымысел». В своей статье профессор не ограничивается объяснением положительного учения ислама о месте женщины, как можно было бы сделать вывод из заголовка. Напротив, он подвергает критике христианское и вообще библейское учение о женщине (так, как он его себе представляет) и силится доказать, что исламское несравненно возвышеннее, справедливее и «равноправнее» христианской и иудейской религий в этом вопросе.

Положение женщины в исламе — традиционный пункт критики этой религии со стороны немусульман. Надо отметить, что современная полемика о месте женщины в исламе ведется, как правило, вовсе не с христианских позиций, а с позиций «гуманизма», «либерализма» и «общечеловеческих ценностей». Однако это вовсе не должно служить для мусульманских апологетов поводом грубо перетолковывать христианское учение в том смысле, которого оно не имеет. Вот как это делает г-н Азимов в своей статье.

Пытаясь «защитить Ислам и внести свой вклад в торжество последнего и истинного Послания» от упреков в полигамии, унижении женщины и низкой нравственности, г-н Азимов «переводит стрелки» на христианство, пытаясь доказать, что все вышеперечисленное не в меньшей степени свойственно христианству.

Мусульманский апологет пишет: «А что же Новый Завет? Как отмечает отец Юджин Хиллман в своей глубокой и серьезной книге «Новый взгляд на многоженство»: «. нигде в Новом Завете нет явного указания на то, что брак обязательно должен быть моногамным, или какого-либо предписания, запрещающего многоженство». Более того, Иисус (мир ему) не выступал против полигамии, хотя она была распространена среди евреев в его эпоху и в том обществе, где он жил».

Г-ну Азимову следовало бы обратиться к первоисточникам, вместо того, чтобы доверять отдельным тенденциозным примерам современной протестантской литературы, которые скорее являются проекцией внутренних комплексов авторов, нежели объективным научным исследованием вопроса.

Для православных читателей статьи (а в настоящее время большинство русскоязычных жителей России относит себя именно к этой конфессии) ни Юджин Хиллман, ни Дэвид Джитари не являются авторитетами, тем более такими, чтобы из их «глубоких и серьезных» книг достаточно было бы приводить одни выводы, без аргументов. Гораздо весомее было бы, если бы наш казанский исследователь поместил бы в своей работе развернутые цитаты из церковных авторов первых веков, в которых бы говорилось о полигамии ранних христиан.

Единственный аргумент, который нам предлагают: что в Новом Завете будто бы нигде нет прямого отрицания полигамии. Однако такое отрицание присутствует через однозначное утверждение моногамного брака: И сказал: посему оставит человек отца и мать и прилепится к жене своей, и будут два (!) одною плотью, так что они уже не двое (!), но одна плоть. Итак, что Бог сочетал, того человек да не разлучает (Мф 19:5-6, то же Мк 10:7-8, Еф 5:31). Моногамные браки однозначно утверждаются Господом как единственно естественная и законная форма семьи, при этом Он ссылается на то, что в начале создания, Бог мужчину и женщину сотворил их. Посему оставит человек отца своего и мать и прилепится к жене своей, и будут два одною плотью; так что они уже не двое, но одна плоть (Мк 10:6-8).

Так же и в другом месте: Он сказал им: кто разведется с женою своею и женится на другой, тот прелюбодействует от нее; и если жена разведется с мужем своим и выйдет за другого, прелюбодействует (Мк 10:11-12, Лк 16:18). Употреблено все так же в единственном числе: один муж — одна жена.

Рассмотрим же теперь указания ранних христианских авторов первых двух веков по Р.Х., свидетельствующих о браках христиан:

«Мы охотно пребываем в узах брака, но только с одною женщиною, для того, чтобы иметь детей, и для сего имеем только одну жену или же не имеем ни одной» (Минуций Феликс. Октавий, XXXI).

«И жену каждый из нас, которую он взял по установленным у нас законам, имеет только для деторождения» (Афинагор. Прошение о христианах, 33).

«Если муж или жена умрет, и один из них вступит после этого в брак, согрешает ли вступающий в брак? — Не согрешает, говорит он, но если останется сам по себе, то приобретает большую славу у Господа» (Ерм. Пастырь, II, 4).

«Мы далеки от того, чтобы осуждать благословенный Богом союз мужа и жены, лишь бы союз этот был один. Адам был единственным мужем Евы, и Ева — единственной женой его… Знаю, что патриархи имели по нескольку жен, имели также и наложниц. Но, хотя синагога и была прообразом нашей Церкви, однако содержала много вещей, которые отменены были Новым Законом. Новый Закон был ожидаем именно потому, что старый был несовершенен… Упущения и пропуски первого откровения показывали, что надлежало усовершенствовать Закон, и это исполнено Господом нашим в Евангелии и апостолом Его в посланиях, где отменено все лишнее и объяснено все запутанное» (Тертуллиан. К жене, I.2.).

Из приведенных цитат вполне очевидно, что моногамия представлялась единственной естественной формой брака для христиан. Что же касается описанной в древних книгах Библии примерах полигамии, то она воспринималась как нечто совершенно неактуальное, и получало вполне стройное и логичное осмысление. Многоженство, согласно учителям Церкви, было дозволено как послабление немощи человеческой природы, отпавшей от Творца, с того же времени, как посредством Откровения укрепилось в людях Богопочитание, полигамия была упразднена, и человечество смогло вернуться к первоначальному, установленному еще в раю Самим Богом образцу брачных отношений.

Мусульмане смогут это понять, если они вспомнят, что точно также в Сунне объясняется тот факт, что Иаков, почитаемый в исламе одним из пророков, имел женами двух родных сестер, что запрещено нормами Корана. Наконец, даже иудейскими авторами отмечено, что «практически каждый случай полигамии, описанный в Библии, связан с несчастьем. Например, хотя Сарра сама поощряла Авраама взять в наложницы Агарь, кончилось все тем, что обе женщины возненавидели друг друга. Два поколения спустя, Иаков женился на сестрах Лии и Рахили: результатом этого полигамного брака было горе, омрачившее и следующее поколение, сын Лии возненавидел первенца Рахили Иосифа. Библия с неодобрением описывает и многочисленных жен, которых много позже взял себе Соломон, потому что они приносили в Израиль идолопоклонство».

Полигамия имела место в древности, но не имеется никаких указаний на Божественное ее установление — в Ветхом Завете нет ничего, что бы специально разрешало полигамию. Это было чисто человеческое установление. Наконец, даже в Ветхом Завете имеются цитаты, которые прямо указывают на нежелательность многоженства: «и чтобы не умножал себе жен, дабы не развратилось сердце его, и чтобы серебра и золота не умножал себе чрезмерно» (Втор.17:17). Из этой цитаты видно, что многоженство «развращает сердце», и Господь призывает не делать этого.

Далее, указание на то, что полигамия была распространена среди евреев Палестины I века, не соответствует действительности.

В период возвращения из Вавилонского плена полигамные браки исчезают полностью среди еврейского народа. Ранняя раввинская литература определяет законы семейной жизни исключительно для моногамного общества, рассматривая возможность заключения брака со второй женой как нечто практически невозможное или давно отжившее. Из 2 800 мудрецов, которые упоминаются в Талмуде, только один имел двух жен. Элементарный анализ фактов доказывает, что моногамия стала нормой для всех еврейских общин задолго до распространения христианства и, соответственно, проповеди Христа. Отсюда понятно, почему Господь в Евангелии строго осуждает полигамию хронологическую (когда муж брал следующую жену, разводясь с предыдущей), но не осуждает полигамию единовременную (когда муж одновременно имеет несколько жен) — в это время такой уже просто не было среди слушателей благой вести.

Известные нам примеры из исторических источников соответствующего периода единодушно говорят о моногамии иудеев Палестины I века. Характерно, что даже саддукеи, подходившие ко Христу с каверзным вопросом о воскресении, должны были для представления ситуации, когда бы у одного из супругов имелось бы несколько законных «партнеров», предположить заведомо выдуманный пример женщины, которая выходила поочередно замуж за семерых братьев и потому породила сомнение, для кого из них она воскреснет (Мф 22:24-28, Мк 12:19-23, Лк 20:28-33).

Из этого следует, что то восприятие брака, согласно которому у одного мужчины единовременно не может быть больше чем одной жены, и у одной жены — больше одного мужа, разделялось всеми тогдашними иудеями как нечто само собой разумеющееся.

Избитым аргументом мусульманских апологетов, стремящихся защитить мусульманскую полигамию, является утверждение, что лучше все же человек будет в «законном браке» иметь половые отношения с несколькими женщинами сразу, чем, мол, ходить к проституткам и иметь любовниц, как на «христианском Западе». Не удержался от этого аргумента и г-н Азимов: «Стоит спросить себя, что же является более унизительным для женщины, «варварское» многоженство или «цивилизованная» проституция?»

Однако, во-первых, такое сравнение совершенно некорректно. Супружеская измена и просто блуд — не часть православной догматики, но, согласно христианству, тягчайший грех, приравниваемый к убийству, тогда как многоженство — неотъемлемая часть Ислама, закрепленная в его Священном писании (Коране) и Священном предании (Сунне).

Во-вторых, полигамия в мусульманских (даже в самых-самых шариатских) странах вовсе не решает проблемы проституции. Проституция, супружеская измена и прелюбодеяние весьма широко распространены в мусульманском мире. И в Исламабаде, и в Карачи, и в других городах арабских государств существуют своего рода кварталы красных фонарей, которые содержаться «правоверными» и посещаются тоже ими. Это распространено в связи с тем, что брак, по мусульманскому праву и обычаю, может заключать лишь тот человек, который способен содержать жену. И если хочешь иметь четыре жены — надо обеспечить содержание всем четырем, а это могут себе позволить лишь очень немногие. Поэтому основная масса мусульман — или еще холостых, или тех, кому уже надоели одна-две «законные» жены, — активно посещают проституток-мусульманок.

Наконец, в-третьих, развращение Запада произошло вовсе не из-за соблюдения Христовых заповедей, а как раз вследствие отступничества от Христа.

Что же касается настоящих, верующих христиан, то тут можно с уверенностью сказать, что чистые браки между ними, в соответствии с заповедями христианства — обычное явление, более того, в нем нет ничего удивительного, но самые совершенные принимают на себя даже подвиг безбрачия. Только для одержимого греховными страстями ума это представляется невозможным, Господь же подает чадам Своим, состоящим в супружестве, благодать любить друг друга всю жизнь и быть счастливыми друг с другом.

Так что даже вторичные браки, заключаемые овдовевшими Церковь, хотя и позволяет, снисходя к немощи отдельных чад, воспринимает как нежелательное. А по 40-му правилу Номоканона, «многоженство, т. е. четверобрачие и так далее, называется делом скотским и совершенно чуждым человеческому роду, а почему и недопустимо во Святой Церкви, по 80 правилу Василия Великаго, где велено расторгать таковые браки, и таких супругов подвергать епитимии на четыре года».

Далее в своей статье г-н Азимов развивает нападки на Священное Писание:

«Трудно говорить о Новом Завете как о писании, которое призывает к уважению матери. Напротив, может возникнуть впечатление, что Новый Завет считает доброе отношение к матери препятствием на пути Бога. В соответствии с Новым Заветом, нельзя стать хорошим христианином и достойным учеником Иисуса (мир ему), если ты не ненавидишь свою мать. Ему приписывают такие слова: «Если кто приходит ко Мне и не возненавидит отца своего и матери, и жены и детей, и братьев и сестер, а притом и самой жизни своей, тот не может быть Моим учеником» (Лука, 14:26)».

Крайне удивляет в этих словах полное игнорирование понимания Библии, содержащегося в Священном Предании той общины, которой и была написана и составлена эта Книга. Вообще игнорирование такой немаловажной реалии православного христианства как Предание — общая черта современного мусульманского сравнительного богословия, в том числе и отечественного. Причиной тому является, вероятно, отчасти невежество, а отчасти зависимость от зарубежной исламской критики протестантизма, которому, действительно, чужда такая реалия. Тем не менее, это все же довольно странно, особенно если учесть, что в суннитском исламе сходная реалия присутствует.

Ведь вряд ли бы г-н Азимов отнесся с одобрением, если бы какой-то критик ислама, цитируя Священную книгу мусульман, давал при этом лишь собственное понимание ее слов, игнорируя Тафсир (традиционное мусульманское толкование на Коран). Мусульманские апологеты не устают повторять, что Коран нельзя мыслить вне Предания-Сунны (на основе которой, складывается, в частности, и Тафсир). Странно, почему они в таком праве по умолчанию отказывают христианам. Почему-то автор разбираемой статьи не удосужился ознакомиться с пониманием христианами столь смутившей его цитаты. Хотя бы в исследовательских целях ему не помешало бы поинтересоваться, как понимается данное место в Предании Церкви — творениях Святых Отцов.

Преподобный Ефрем Сирин говорит, что эти слова Господь произнес, «чтобы ученики Его не относились легкомысленно к Его учению и наставлению» (Толкование на Четвероевангелие). «Смотри же, — пишет блаженный Феофилакт Болгарский в своем толковании, — в простоте своей и неопытности не соблазнись сим изречением. Ибо Человеколюбец не бесчеловечию учит, не самоубийство внушает, но хочет, чтобы искренний Его ученик ненавидел своих родных тогда, когда они препятствуют ему в деле богопочитания, и когда он при отношениях к ним находит затруднения в совершении добра. Напротив, когда они не препятствуют сему, Он учит даже почитать их до последнего издыхания». Христианская традиция учит понимать эти слова Господа в свете другой Его фразы: Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня (Мф 10:37). Для того, чтобы профессору Казанского университета это стало понятнее, мы напомним один хадис: «передал Абу Хурайра, что посланник Аллаха сказал: «Клянусь Тем, в Чьей длани душа моя, не уверует никто из вас по-настоящему, пока не полюбит меня больше, чем отца своего и сына своего»» (Ал-Бухари, 14).

«Более того, Новый Завет описывает Иисуса (мир ему) как безразличного и даже не уважающего свою мать».

Долгие часы, проведенные над Библией г-ном Азимовым, потрачены, как видно, впустую. Быть может, при более внимательном чтении мусульманский профессор смог бы обратить внимание на то, как Евангелие последовательно подчеркивает, что Иисус с детства был в повиновении у Своей Матери (Лк 2:51). Из послушания ей Он совершил и Свое первое чудо (Ин 2:1-11). Почтение к матери Господь называл в числе самых важных заповедей, соблюдение которых необходимо для желающего наследовать жизнь вечную (Мф 19:19, Мк 10:19, Лк 18:20) и, напротив, именно за нарушение почтения к матери Он порицал современных Ему фарисеев: Бог заповедал: почитай отца и мать; и: злословящий отца или мать смертью да умрет. А вы говорите: если кто скажет отцу или матери: дар Богу то, чем бы ты от меня пользовался, тот может и не почтить отца своего или мать свою; таким образом вы устранили заповедь Божию преданием вашим (Мф 15:4-6, то же Мк 7:10-12). Именно из сострадания к матери, единственного сына которой выносили мертвым на носилках, Он совершил чудо, воскресив его из мертвых (Лк 7:12), тем самым явив знак Своего милосердия ко всему материнству.

Как разительно это возвращение матери сына с поведением основателя ислама, который, участвуя в сражениях и отдавая приказы истреблять пленных, лишил сынов столь многих матерей своего времени! Наконец, следует вспомнить, что Господь, даже пребывая в страшных муках на кресте, не переставал заботиться о Своей Матери, передав ее на попечение одному из Своих учеников (Ин 19:26).

В лице Мухаммеда мы не увидим ничего подобного, ибо, будучи сиротой, он был не в состоянии личным примером научить своих последователей должному отношению к матери. Почтение делами, выражаемое к матери, не относится к деяниям, которые совершал основатель ислама.

Ученики же Христовы, составившие Новый Завет, имея перед собой такой Пример, с особенной силой утверждали необходимость почтения к матери: почитай отца твоего и мать, это первая заповедь с обетованием: да будет тебе благо, и будешь долголетен на земле (Еф 6:1-3). Дети, будьте послушны родителям вашим во всем, ибо это благоугодно Господу (Кол 3:20). Апостол Павел особенно упоминал в своих посланиях: приветствуйте Руфа, избранного в Господе, и матерь его и мою (Рим 16:13). В другом месте, перечисляя наиболее скверные грехи, апостол ставит грех оскорбления матери перед убийством, мужеложством и др. (1 Тим 1:9).

В своей хуле на Священной Писание г-н Азимов доходит до совсем невообразимых вещей: «Библия считает преступной только внебрачную связь женщины (Левит, 20:10, Второзаконие, 22:22, Притчи, 6:20 — 7:27). В соответствии с библейским определением, если женатый мужчина спит с незамужней женщиной, то таковое вообще не считается преступлением. Женатый мужчина, имеющий внебрачные связи с незамужней женщиной, не является прелюбодеем, равно как и незамужняя женщина, вступившая с ним в связь, не является прелюбодейкой. В соответствии с библейским определением, если женатый мужчина спит с незамужней женщиной, то таковое вообще не считается преступлением. Женатый мужчина, имеющий внебрачные связи с незамужней женщиной, не является прелюбодеем, равно как и незамужняя женщина, вступившая с ним в связь, не является прелюбодейкой».

Но об этих словах никак иначе не скажешь: либо наглая ложь, либо грубое невежество. Седьмая заповедь звучит одинаково для мужчин и для женщин: не прелюбодействуй (Втор 5:18, Исх 20:14) За прелюбодеяние полагается смертная казнь равно и мужчине и женщине (Лев 20:10), равно предписывается: не должно быть блудницы из дочерей Израилевых и не должно быть блудника из сынов Израилевых (Втор 23:17).

Именно о мужчинах-прелюбодеях сказано: Кто же прелюбодействует с женщиною, у того нет ума; тот губит душу свою, кто делает это (Притч 6:32), человек, блудодействующий в теле плоти своей, не перестанет, пока не прогорит огонь…Такой человек будет наказан на улицах города и будет застигнут там, где не думал. (Сир 23:22, 30).

Именно блуд со стороны древних евреев становится причиной отвержения Израиля: Как же Мне простить тебя за это? Сыновья твои оставили Меня и клянутся теми, которые не боги. Я насыщал их, а они прелюбодействовали и толпами ходили в домы блудниц (Иер 5:7).

А система двойных стандартов, более жесткая к прелюбодейке, чем к прелюбодею, известна как раз в исламе, так что, возможно, г-н профессор просто перепутал: «. и услышал от него Пророк: «Мой сын работал на этого человека и совершил прелюбодеяние с его женой. В возмещение убытков я отдал ему 100 овец и девушку-рабыню». Пророк ответил: «Забери своих овец и рабыню обратно, а сын твой получит 100 ударов и будет на один год изгнан. Покаявшуюся же прелюбодейку побейте камнями» (Малик 493:1524).

Казанский профессор рисует прямо-таки сказочные условия для женщины в исламе («Такова кораническая концепция супружеских отношений: любовь, милосердие, покой, отсутствие права собственности друг на друга и двойной морали») и даже утверждает, что «в Исламе женщине предлагается некое равноправие».

Объективности ради, мы изложим некоторые факты, о которых умолчал мусульманский апологет, и предоставим читателям самим судить, насколько эти заявления правдивы.

Коран учит, что: «Мужья стоят выше жен потому, что Аллах дал первым преимущество над вторыми, и потому, что они из своих имуществ делают траты на них» (Коран 4,38 по пер. Крачковского).

Согласно распространенному хадису-изречению «пророка», большинство женщин окажутся в аду. Ибн ’Умар рассказывал, что пророк сказал: О собрание женщин! Подавайте милостыню, побольше просите о прощении, ибо я видел, что большинство из обитателей огня — это вы. И одна женщина из их числа спросила: Почему большинство обитателей огня — это мы? Он сказал: Вы много проклинаете и неблагодарны к мужьям. Я не видел, чтобы у кого-то из обладающих разумом, было бы больше недостатков в вере и уме, чем у вас (Муслим, 1879). Согласно другому хадису, «пророк сказал: я не оставил после себя искушения более вредоносного для мужчин, чем женщины» (аль-Бухари и Муслим). Таким образом, мы видим, что Сунна полна высказываний оскорбительных и унизительных для женщин.

Пытаясь убедить читателя, что в исламе наличествует «некое подобие равноправия между мужчиной и женщиной», автор выпускает из виду, что полигамия сама по себе свидетельствует о глубоком диссонансе в правах: женщина, в отличие от мужчины, не может позволить себе иметь несколько мужей. Женщина обязана хранить верность мужу, в то время как муж вправе законно нарушать верность жене (с другой женой, с временной женой, с наложницей). Так что все прокламации о равенстве являются не более, чем недоброкачественным рекламным трюком.

Ставя вопрос о полигамии в современном западном мире, автор должен поставить тогда вопрос и о полиандрии в современном мусульманском мире, ибо традиционное мусульманское обоснование полигамии не вписывается в реалии сегодняшнего дня: женщины-бизнесмены вполне могут позволить себе содержать четырех мужей.

Понятно, что на такую постановку мусульманин-традиционалист не пойдет, но тогда к чему лукавить, говоря о каком-то «равноправии» в исламе?

Любой из четырех браков может быть расторгнут, и число последующих браков и разводов не регламентируется. Шариат знает несколько видов разводов, различавшихся как по самому порядку, так и по его юридическим последствиям. Хотя поводы для развода достаточно точно определены, муж мог развестись с женой и без объяснения причин в упрощенной форме (талак), произнеся одну из установленных фраз’ «ты отлучена» или «соединись с родом». В случае развода муж должен выделить жене необходимое имущество «согласно обычаю». Разведенная женщина в течение трех месяцев остается в доме бывшего мужа, чтобы определить, не является ли она беременной. В случае рождения ребенка он должен был быть оставлен в доме отца. Жена же может требовать развода только через суд, ссылаясь лишь на строго очерченные основания: если муж имеет физические недостатки, не выполняет супружеских обязанностей, жестоко обращается с женой или не выделяет средств на ее содержание.

Согласно шариату, свидетельство двух женщин в суде приравнивается к свидетельству одного мужчины. Женщинам также запрещено следовать за похоронной процессией. Мужчина-мусульманин имеет право жениться на иноверке, но мусульманка выйти замуж за иноверца не может.

Только в исламе существует чудовищное постановление, что если разведенные муж и жена захотят снова сочетаться браком, то для этого жене необходимо прежде выйти за другого мужчину (!), развестись с ним, и только после этого вернуться к прежнему: Если же он дал развод ей, то не разрешается она ему после, пока не выйдет она за другого мужа, а если тот дал ей развод, то нет греха над ними, что они вернутся (Коран 2.230).

В Коране прямо предписывается бить непокорную жену: увещевайте, избегайте их на ложе супружеском и бейте их (Коран 4:34). Даже до нынешнего дня и в самой Европе из-под пера ученых шейхов выходят специальные книги, посвященные тому, как надо «правильно» бить жену!

В качестве «домашнего задания» остается только сравнить мусульманское понимание женщины как ущемленного в правах, «наиболее вредоносного», «имеющего недостатки в вере и уме» нижестоящего существа, обреченного в большинстве своем оказаться в итоге в аду, и христианское понимание женщины как созданной по образу Божию (Быт 1:27) сонаследницы благодатной жизни, которой надлежит оказывать честь (1Пет 3:7), которая в браке имеет право быть единственной любимой (Еф 5:28), являясь в этой любви образом Святой Церкви (Еф 5:23).