Массовые беспорядки в местах лишения свободы

Массовые беспорядки в местах лишения свободы

Разъясняет старший прокурор отдела государственных обвинителей уголовно-судебного управления Сергей Владимирович Гарин.

Массовые беспорядки – это согласованные действия большого количества людей, грубо нарушающие установленный порядок поведения на определенной территории, сопровождаются насилием, погромами, поджогами, уничтожением имущества, применением огнестрельного оружия или взрывных устройств, а также оказанием вооруженного сопротивления представителям власти.

Массовые беспорядки в местах лишения свободы создают угрозу не только общественной безопасности, установленному законом порядку исполнения и отбывания наказания, но и жизни, здоровью осужденных и персонала исправительных учреждений.

Под массовыми беспорядками, совершаемыми осужденными в исправительных учреждениях, следует понимать деяния, предусмотренные ст.212 УК РФ, посягающие на общественную безопасность в исправительных учреждениях, заключающиеся в организации или активном участии осужденных в совершении насилия, погромов, поджогов, уничтожении чужого имущества, применении оружия, предметов, используемых в качестве оружия, взрывчатых веществ и взрывных устройств, а также в оказании вооруженного сопротивления представителям администрации исправительного учреждения.

Массовые беспорядки представляют собой сложный состав преступления, так как в него входят несколько самостоятельных составов преступления, предусмотренных в диспозиции статьи, такие как поджоги, погромы, уничтожение имущества, причинение вреда личности и т.п. Кроме того, массовые беспорядки часто совершаются в совокупности с преступлениями, предусмотренными ст.318 УК РФ (применение насилия в отношении представителя власти) и ст.321 УК РФ (дезорганизация деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества).

Объективная сторона данного преступления проявляется: а) в организации массовых беспорядков (ч.1 ст.212 УК РФ); б) в физическом участии в массовых беспорядках (ч.2 ст.212 УК РФ); в) в призывах к активному неподчинению законным требованиям представителей власти и массовым беспорядкам, а равно в призывах к насилию над гражданами (ч.3 ст.212 УК РФ).

Организация массовых беспорядков (ч.1 ст.212 УК РФ) выражается в действиях организатора по объединению толпы либо руководстве ею для осуществления насилия, погромов, поджогов, уничтожения имущества, применения огнестрельного оружия, взрывчатых веществ или взрывных устройств, а также для оказания вооруженного сопротивления представителям власти.

Часть 2 статьи 212 УК РФ предусматривает участие в массовых беспорядках. Это означает совершение деяний, перечень которых дан в ч.1 ст.212 УК РФ.

Часть 3 статьи 212 УК РФ рассматривает призывы к активному неподчинению законным требованиям представителей власти и к массовым беспорядкам, а равно к насилию над гражданами, что означает обращение к толпе с целью воздействия на сознание, волю, эмоции присутствующих, чтобы подтолкнуть их на совершение указанных деяний.

Призывы могут быть составной частью организации или руководства массовыми беспорядками. В этом случае деяния виновного квалифицируются только по ч.1 ст.212 УК РФ. Является излишней и квалификация по ч.2 ст.212 УК РФ в случаях, когда организатор массовых беспорядков впоследствии сам принимает в них участие, руководит их совершением.

Достаточно сложным является решение вопроса о квалификации действий лиц, которые содействуют организаторам массовых беспорядков путем предоставления им каких-либо средств совершения преступления (оружия, транспорта и т.п.), устранения препятствий на стадии совершения организаторами подготовительных действий. В таких случаях по отношению к организаторам такое лицо выступает в качестве пособника, но относительно участников массовых беспорядков в силу своих действий выполняет организующую роль. Поэтому, действия такого лица следует квалифицировать как организация массовых беспорядков.

Массовые беспорядки совершаются в форме соисполнительства, поэтому отсутствует столь значимое при квалификации действий разделение ролей на исполнителей, подстрекателей, пособников, организаторов. При квалификации действий всех соисполнителей нет необходимости ссылки на ст.34 УК РФ.

Мотивы и цели организаторов, участников и подстрекателей массовых беспорядков могут быть самыми разнообразными и на квалификацию не влияют.

Массовые беспорядки – это формальный состав и окончен с момента осуществления соответствующих деяний, т.е. организации беспорядков, совершения действий, входящих в объективную сторону состава либо с момента оглашения призывов к массовым беспорядкам.

Примерами массовых беспорядков в нашей области за последние годы служат события 2012 года в ИК-6 г.Копейска и 2014 года в СИЗО-1 г.Челябинска.

Раздел III. Психология тюремной среды

Глава 19. Конфликты и групповые эксцессы в среде осужденных

19.1. Понятие конфликтов и групповых эксцессов, их виды, функции, причины

Вопрос о роли конфликтов в детерминации преступного поведения ставили З.А. Астемиров, В.А. Елеонский, А.Р. Ратинов, А.Д. Сафронов, О.В. Старков и др. В юридической психологии конфликты исследовали А.Д. Глоточкин, А.Г. Ковалев, В.Ф. Пирожков, К.К. Платонов, И.Б. Пономарев, А.Н. Сухов, А.В. Усе. Концептуальный подход к конфликтам и групповым эксцессам представлен в работах В.А. Кваши, Г.Г. Романовича, А.Н. Сухова, Л.Б. Филонова, В.В. Юстицкого и др.

Понимание конфликта и группового эксцесса как результата противоречия целей и средств их достижения в условиях общения и деятельности позволяет объяснить их социально-психологическую структуру как многофункционального, многоуровневого и многомерного социально-психологического явления. Для возникновения конфликтов необходимо осознание людьми противоречивости существующих мотивов, интересов, установок.

Конфликты в общностях осужденных представляют собой столкновения противоположных взглядов, мнений, интересов и стремлений, в основе которых лежит обострение противоречий между ними, характеризующиеся противоборством, чаще всего открытыми действиями друг против друга. Как правило, конфликт – это психологически яркое проявление в поведении отдельной личности осужденного или общности (А.Н. Сухов, 1985).

Однако такое определение конфликта не учитывает особенностей группового эксцесса в среде осужденных. Понятие конфликта и группового эксцесса в среде осужденных является недостаточным и требует существенного дополнения.

Конфликты в среде осужденных – это противоречия между ними, которые часто разрешаются с помощью психологического и физического насилия в целях занятия лидирующего положения, извлечения нетрудовых доходов, обладания запрещенными предметами, насильственного удовлетворения потребностей, месть за отклонение от преступных традиций и норм, становление на путь исправления или уход от расплаты путем совершения преступлений или заключения компромиссов (А.Н. Сухов, 1993).

Таким образом, общее понятие конфликта и группового эксцесса в среде осужденных можно определить следующим образом.

Обострение противоречий между осужденными и группами характеризуется противоборством и открытым столкновением, разрешающимся с помощью индивидуального или группового, физического или психологического насилия.

Конфликты могут быть разных видов:

б) ложными (возникающими из нереальных причин);

в) иррациональными, причем мотивы конфликта на какой-то стадии могут не вполне осознаваться.

В связи с этим, помимо понятия «конфликт», выделяют понятия «конфликтная ситуация» и «взаимодействие в конфликте».

Конфликты и групповые эксцессы классифицируются по разным основаниям:

– по содержанию противоречий, лежащих в их основе (позитивные и негативные конфликты);

– сторонам, или участникам, конфликта и группового эксцесса (внутри-личностные, межличностные и межгрупповые конфликты);

– характеру отношений, в которых возник конфликт и групповой эксцесс (официальные или неофициальные отношения, по вертикали или горизонтали);

– сфере их возникновения (трудовая, учебная, бытовая, режимная);

– пространственно-временным характеристикам (месту и времени возникновения, частоте, продолжительности);

– формам проявления (открытые, скрытые);

– средствам разрешения, к которым прибегают участники для достижения своих целей (компромиссные, бескомпромиссные) (А.Н. Сухов, 1978).

Конфликты и групповые эксцессы могут выполнять как негативные, так и позитивные функции. Основными функциями конфликта являются: созидательная, разрушительная и диагностическая.

Разрушительная (деструктивная) функция конфликтов и групповых эксцессов проявляется в негативных факторах как личностного, так и группового характера. И те и другие отражаются на жизнедеятельности осужденных в i исправительных учреждениях (драки, побеги, поджоги, убийства, захваты заложников и т.п.).

Созидательная (конструктивная) функция состоит в позитивном влиянии последствий конфликтов и групповых эксцессов: ослаблении влияния отрицательных группировок и насаждения ими воровских традиций и обычаев.

Диагностическая функция связана с выявлением мотивов, причин и условий, способствующих возникновению конфликтов и групповых эксцессов в среде осужденных. Это позволяет психологически правильно их разрешать и проводить социально-психологические профилактические мероприятия.

Выделяют пять основных групп причин конфликтов и групповых эксцессов (И.В. Каретников, 1978; И.Б. Пономарев, А.Н. Сухов, 1985).

Первая группа причин связана с недостатками в деятельности администрации по организации жизнедеятельности исправительного учреждения, а также сложившегося у осужденных стойкого предубеждения в том, что сотрудники, обеспечивающие исполнение уголовных наказаний, делают все, чтобы осужденным было плохо. Таким образом, справедливые требования персонала учреждения часто негативно воспринимаются осужденными, особенно их отрицательной частью, что нередко приводит к конфликтам, групповым эксцессам и массовым беспорядкам.

Вторая группа причин конфликтов и групповых эксцессов связана с неправильным, с точки зрения психологии, комплектованием отрядов и бригад осужденных, размещением в жилой зоне, на производстве и в других местах, а также ошибками в подборе и расстановке актива, отсутствием противодействия их неправомерному поведению. Все это определяет повышенную конфликтность, присущую деятельности бригадиров, старших дневальных, членов самодеятельных организаций, которые чаще всего оказываются вовлеченными в конфликты и групповые эксцессы.

Третья группа причин конфликтов и групповых эксцессов вызвана существованием негативных социально-психологических явлений: воровской (тюремной) субкультуры, стратификации, тюремных традиций и обычаев, криминогенного общения и др.

Четвертая группа причин связана с особенностями условий отбывания наказания осужденными в исправительных учреждениях. Психологическое и физическое пребывание в среде преступников при ограниченности контактов с внешним миром, информационная истощенность, публичность, трудности, возникающие в межличностном общении, вызывают отрицательные эмоции и истощение нервной системы. К этой группе можно отнести и причины, обусловленные удовлетворением материальных и органических потребностей нередко аморальными и противоправными способами (вымогательство денег, наркотиков, алкоголя, продуктов питания, половые посягательства, карточная игра «под интерес», обман, шантаж, физическое насилие и др.).

Пятая группа причин конфликтов и групповых эксцессов обусловлена индивидуально-психологическими особенностями личности, имеющей характерологические и патологические отклонения в развитии психики, а также степенью «тюремнизированности», конфликтности, алкогольной и наркотической пораженности. У многих осужденных ярко выражены акцентуации в личности, что приводит к конфликтам и способствует их активному участию в групповых эксцессах и массовых беспорядках.

Конфликты могут возникать: между группами (группировками) осужденных (межгрупповые конфликты), отдельными осужденными (межличностные конфликты), администрацией и отдельными осужденными, группами, группировками (групповые эксцессы). Конфликты чаще всего происходят в жилой и производственной зонах, слабо контролируемых местах на территории исправительного учреждения.

Конфликты имеют свои особенности в зависимости от вида режима. Так, в исправительных учреждениях строгого вида режима возникают конфликты и групповые эксцессы среди отрицательной части осужденных, в колониях общего режима – между осужденными положительной и отрицательной направленности. В результате исследований, проведенных пенитенциарными психологами, выявлено, что в 60% отрядов общение между малыми положительными и отрицательными группами носит конфликтный характер, в 28,7% – нейтральный и в 11,3% – доброжелательный (И.П. Башкатов, 2000).

А.Н. Олейник (2001), изучавший тюремную субкультуру, считает, что институциональное решение конфликтов в тюремной среде нередко оказывается невозможным по двум причинам. Во-первых, акцент на обеспечение безопасности исключает желание сотрудников вмешиваться во все конфликты между осужденными (за исключением случаев серьезного нарушения порядка в учреждении). Во-вторых, существование многочисленных каст и категорий осужденных препятствует институционализации конфликта и поиску справедливого решения, не зависящего от групповой принадлежности.

19.2. Социально-психологическая динамика конфликта, его разрешение и профилактика

В динамике конфликтов А.Д. Глоточкин и В.Ф. Пирожков выделяют четыре стадии: начальную, вторичную, апогей – открытое столкновение сторон и заключительную. К процессу конфликтного состояния относят и такие стадии, как возникновение предконфликтной ситуации, осознание этой ситуации, переход к конфликтному поведению, разрешение конфликта (См.: Исправительно-трудовая психология. – Рязань, 1985. С. 238-240.).

И.Б. Пономарев (2002), А.Н. Сухов (1985) выделяют семь стадий конфликта: первая – предконфликтная; вторая – возникновение объективной конфликтной ситуации, хотя столкновения между участниками нет; третья – преимущественно интеллектуальный этап развития конфликта, когда он обнаруживается и осознается конкретными участниками; четвертая – критический этап развития конфликта (основным показателем является преобладание эмоционального накала в противодействии сторон друг другу); пятая – спад напряженности в противодействии участников конфликта друг другу; шестая – сопоставление официальных и неофициальных оценок поведения участников конфликта, исходящих от ближайшего окружения; седьмая – разрешение конфликта либо выход из него одной из сторон с установкой временно прекратить противоборство.

Конфликты в общностях осужденных развиваются по схеме: 1-я стадия – возникновение предконфликтной ситуации; 2-я стадия – конфликтное взаимодействие; 3-я стадия – обстановка после конфликта. На первой стадии происходит осознание участниками ситуации как конфликтной. В связи с этим мобилизуются усилия на то, чтобы либо добиться желаемой цели, либо обеспечить максимальную защиту.

Вторая стадия предусматривает выбор стратегии взаимодействия в конфликтной ситуации. В данном случае возможны три варианта поведения:

1) осознав ситуацию как конфликтную, один из двух участников взаимодействия может принять решение о выходе из системы отношений;

2) одна из сторон (или обе) может выбрать способ разрешения конфликтной ситуации в форме переговоров, когда каждая из сторон идет на компромисс;

3) конфликтное взаимодействие, когда каждая из сторон стремится получить максимум.

Осознание конфликтной ситуации сопровождается эмоциональными переживаниями (сужением сознания, повышенной тревожностью, страхом, властью, предубежденностью, агрессивностью). Такой эмоциональный фон характерен для всего процесса протекания конфликта.

В ходе взаимодействия в конфликте стороны прибегают к различным средствам (А.Н. Сухов, 1978):

– демонстрация (одна из сторон информирует другую о том, что она может увеличить собственные ресурсы и они будут в значительной степени превышать возможности другой стороны);

– выжидание (часто применяется с целью получения дополнительной информации о другой стороне);

– риск (рассчитан на неожиданный эффект действия рискующей стороны);

– принуждение (может поставить другую сторону в условия дефицита времени, диктуя временной промежуток для решения, который явно недостаточен для того, чтобы взвесить альтернативы и выбрать оптимальную);

– ложные маневры, дезинформация (создание у противника ложного о себе представления, сокрытие своих слабых сторон, демонстрация преимуществ, которых в реальности нет, и т.п.).

Развитие конфликтов включает в себя различные уровни осознания мотивов – от смутного беспокойства до разработки изощренных расчетливых планов.

В зависимости от целей участников конфликты могут протекать по различным схемам с учетом их некриминогенности или криминогенности. Например, некриминогенный конфликт, в котором участвуют несколько осужденных, может развиваться по схеме: появление конфликтной ситуации; осознание ситуации; оценка конфликта; принятие решения о выборе средств разрешения конфликта с учетом исхода; столкновение в случае невозможности устранить противоречия путем переговоров; разрешение конфликта. Криминогенный конфликт развивается по другой схеме: конфликт; умышленное нарушение режима (побеги, поджоги, убийства и т.п.); штрафной изолятор, осуждение, перевод в другую колонию.

Участники конфликтов – главным образом осужденные, совершившие насильственные преступления (хулиганство, убийства, тяжкие телесные повреждения), большинство которых, по мнению В. Елеонского и Ю. Лукина (1973), сомневаются в справедливости их осуждения и наказания. Вид конфликта зависит от структуры формальных и неформальных отношений осужденных (А.Н. Сухов, 1978):

а) по вертикали: бригадир – новичок; бригадир – лидер малой группы: бригадир – бригада;

б) по горизонтали: лидер группы – лидер группы; лидер – малые группы; группа – группа.

Нормами проявления конфликтов в среде осужденных по рангу являются: оскорбления, угрозы, нецензурная брань; распространение ложных слухов: высмеивание (клички); отказ разговаривать друг с другом и др. Активные позиции в конфликтах осужденных занимают друзья, авторитетные осужденные, бригада, малые неофициальные группы, их лидеры.

К способам разрешения конфликтов относятся: беседы с конфликтующими, их примирение, санкция в отношении зачинщиков, невмешательство.

Большое значение для разрешения и профилактики конфликтов и групповых эксцессов осужденных имеет позиция сотрудников по отношению к ним, которая может быть:

– выжидательной (сотрудники вмешиваются в ход конфликта тогда, когда он начинает негативно влиять на оперативно-режимную обстановку);

– пассивной (сотрудники пытаются уйти от ответственности, ограничиваясь передачей информации о конфликте);

– авторитарной (сотрудники стараются авторитарно подавить конфликт путем применения карательных мер воздействия);

– отрицательной (своими действиями сотрудники способствуют развитию конфликта);

– рационального вмешательства (сотрудники предпринимают какие-либ: действия).

В зависимости от позиции сотрудники применяют те или иные средства разрешения и профилактики конфликтов и групповых эксцессов. Процесс разрешения реализуется двояко. В одном случае конфликт ликвидируется самимг участниками путем признания ошибок, принесения извинений, принятия компромиссных решений, добровольного выхода из конфликтной ситуации, в другом – разрешается объективно, что предполагает установление и нейтрализацию причин, его вызывающих, и предотвращение скрытых или открытых столкновений сторон.

Деятельность сотрудников исправительных учреждений при разрешении групповых эксцессов среди осужденных включает в себя: анализ группового эксцесса (повода и причины); определение его зоны; выяснение места, количества участников, прогноз вероятных последствий; принятие решения о выборе оптимальных средств воздействия; реализацию принятых решений.

Важно информировать осужденных о вероятных последствиях конфликта и применяемых в отношении правонарушителей санкций, пресекать различного рода дезинформацию, слухи, которыми умело манипулирует отрицательная часть осужденных для «восстановления» социальной справедливости или оправдания своих действий.

Для нейтрализации напряженных и конфликтных отношений сотрудники:

– применяют организационные, психологические и иные средства, не нарушая при этом права, достоинства личности и не выходя за рамки закона;

– оказывают психологическую поддержку лицам, прибывающим в исправительное учреждение, особенно в период их нахождения в карантине;

– ориентируют осужденных на сознательный выбор положительного круга общения и своевременно блокируют неформальные связи с асоциальной частью осужденных. Для этого психологам важно обучить их рациональным способам установления конструктивных взаимоотношений в ближайшем окружении и показать перспективу в случае принятия социальных ценностей, носителями которых являются малые группы;

– снимают в доверительных беседах негативные эмоциональные состояния, безосновательную тревогу. Уделяют первостепенное внимание вовлечению в группу организованного общения лиц молодежного возраста, поскольку именно они для разрядки агрессивности и поднятия своего статуса в субкультуре нередко используют так называемые компенсирующие формы взаимодействия (основанные на употреблении наркотиков, алкоголя, совершении гомосексуальных актов и других дискриминационных действий, приводящих к конфликтным ситуациям);

– привлекают медицинских работников и психологов к работе с указанными категориями лиц из-за наличия у них психических расстройств.

В связи с переходом уголовно-исполнительной системы к гуманистическим принципам обращения с правонарушителями должен меняться подход к разработке программ их исправления и условия содержания. Это предполагает, в частности, трансформацию стиля руководства, отказ от авторитарных методов влияния на осужденных, распространение недирективных, терапевтических моделей группового и индивидуального воздействия. Следовательно, главный субъект процесса ресоциализации – начальник отряда – будет вынужден сменить свои привычные функции осуществления надзора и организации производства на функцию организации управления и взаимосвязи с социальными работниками и психологами в Центрах психолого-педагогической и социальной работы.

В целях профилактики конфликтов психологической службе необходимо:

а) диагностировать просоциальные и социальные группы путем изучения их ценностей и стандартов поведения;

б) осуществлять психотерапевтические программы, регулирующие способы организации общения, параллельно с другими формами воздействия;

в) побуждать осужденных вступать в другие позитивно направленные неформальные группы с целью ограничения отношений с прежним кругом общения.

19.3. Социально-психологическая характеристика групповых эксцессов. Их понятие и виды

Промежуточное положение между массовыми беспорядками и межличностными конфликтами занимают межгрупповые конфликты, в которых участвует большое количество осужденных, нередко не причастных к конфликту (любопытные, лица с психическими отклонениями и др.).

К факторам возникновения эксцессов осужденных, отбывающих наказание в местах лишения свободы, относятся отрицательные групповые мнения и настроения (умонастроения), слухи, обычаи и традиции. Социально-психологическим механизмом их формирования выступает общение, которое обладает свойством психологического воздействия.

К эксцессам относятся групповые неповиновения, групповое хулиганство, групповые побеги, поджоги, захваты заложников, массовые беспорядки толпы.

Действующая агрессивная толпа отличается высшей степенью возбуждения и непредсказуемостью поведения. Наибольший вред ее поведение наносит в тех случаях, когда оно приобретает характер массовых беспорядков.

Французский исследователь Г. Лебон в книге «Толпа» (1985) попытался вывести общие законы поведения человека в неорганизованной общности людей. Ученый утверждал, что человек, являющийся средним в массе людей, в толпе обнаруживает более низкий уровень интеллекта, чем вне ее. В толпе он более доверчив, агрессивен, ожесточен, нетерпелив, аморален и даже способен вести себя на уровне животного. Эти специфические изменения получили в социальной психологии названия «обезличивание», «дезиндивидуализация». В психологии человека проявляется то общее, что свойственно данной группе, и в гораздо меньшей степени то, что составляет его индивидуальность (рис. 15).

Социально-психологический анализ эксцесса включает:

а) причины его возникновения;

б) характеристику участников;

в) цели деятельности;

г) динамику (стадии) формирования и действия.

Причинами эксцессов могут быть психологически неверные и незаконные действия сотрудников УИС, нарушение равновесия из-за резкого изменения контингента, а также засилие неформальных лидеров. Причинами возникновения групповых эксцессов могут служить конфликты не только между сотрудниками и осужденными, но и возникшие на основе вмешательства сотрудников в конфликт между осужденными с целью его разрешения.

Ролевую структуру участников групповых эксцессов и массовых беспорядков образуют (А.Н. Сухов, 1984):

– зачинщики, развертывающие активную деятельность по сплочению групп, направляющие их действия, распределяющие роли, распространяющие слухи;

– участники, имеющие отрицательную направленность и идентифицирующие свои цели, ценности с общим направлением действий групп осужденных («ядро» участников групповых эксцессов);

– конфликтные личности, примыкающие к участникам групповых эксцессов исключительно из-за появления возможности в анонимной обстановке свести счеты с лицами, с которыми они состоят в конфликте, с целью разрядить накопившуюся злобу;

– заблуждающиеся осужденные, которые становятся участниками групповых эксцессов из-за ошибочного восприятия причин сложившейся обстановки или ложно понимаемого принципа справедливости, а также под влиянием слухов;

– эмоционально неустойчивые осужденные;

– внушаемые, легко заражаемые общим психическим настроением осужденные;

– любопытствующие осужденные, своим присутствием усиливающие эмоциональное возбуждение других участников;

– осужденные, примкнувшие под влиянием угроз со стороны организаторов и исполнителей;

– осужденные с отклонениями в психике;

– потерпевшие или пострадавшие осужденные.

В 90-х годах по исправительным учреждениям прокатилась волна захватов заложников, которыми в основном становились женщины-учителя, медсестры, экономисты. В подавляющем большинстве случаев преступники предъявляли схожие требования: предоставить машину для беспрепятственного выезда из «зоны», оружие, деньги, наркотики. Жертвы подвергались смертельной опасности, их насиловали, били, истязали. В прошлом преступный мир знал пусть варварские, но незыблемые правила, пусть извращенные, но все-таки понятия о чести и справедливости. Уголовники новейшей формации легко перешагивают и через традиции своих предшественников, и через «воровскую солидарность».

В одном из исправительных учреждений Ленинградской области два рецидивиста захватили в заложники своих товарищей с женами и детьми, находившихся в помещении для длительных свиданий. Осужденные кричали прибывшим руководителям УВД и омоновцам: «Пустите нас, мы сами наших освободим, а этих на части разберем!». Раньше приговорить человека к смерти или «опетушению» мог лишь «сходняк» в составе 20-30 «авторитетов», теперь судьбу человека могут решить четверо-пятеро «воров». Все чаще верховодить в «зонах» берутся самозванцы, никогда не проходившие «коронование», и именно они, не зная «закона», творят самый черный беспредел (Г.Ф. Хохряков, 1991).

Психологический портрет осужденных, активно участвующих в групповых эксцессах и массовых беспорядках, выглядит следующим образом: холосты, молодежного возраста, в среднем имеют более двух судимостей сроком наказания свыше шести лет, отбыли примерно половину срока, отрицают вину в преступлении и не признают срок справедливым. Это чаще всего нарушители режима, состоявшие в малых группах отрицательной направленности и преступных группировках, употребляющие спиртные напитки и наркотики, обладающие авторитетом среди осужденных (Б.Б. Казак, 2000).

Активным участникам групповых эксцессов присущи такие психологические особенности: устойчивые преступные намерения и цели; авторитетность среди осужденных; наличие опыта по сокрытию целей; повышенная склонность к риску; завышенный уровень притязаний и агрессивность. Содержание обстановки, которая складывается в результате возникновения чрезвычайного происшествия, сводится: а) к осуществлению осужденными требований и действий с позиции силы (нажима, принуждения); б) к привлечению внимания вышестоящих органов и общественного мнения; в) к внезапности и неотвратимости действий и одновременно отвлечению внимания от главных событий; г) к реализации сдерживаемой до сих пор криминогенной системы общения между осужденными; д) к созданию трудностей для сотрудников учреждения по обеспечению нормальной жизнедеятельности осужденных.

Динамика групповых эксцессов осужденных подчиняется определенным социально-психологическим закономерностям. На рисунке 16 представлены стадии их развития.

Процесс развития групповых эксцессов (Ю.А. Шерковин, 1975) распадается на несколько стадий: циркуляция и кружение, кружение, немедленные действия, создание единого образа, активизация индивидов через дополнительное стимулирование.

А.И. Китов (1979) выделяет такие этапы развития эксцессов:

1) начало групповых эксцессов – появление повода;

2) возникновение тревожных слухов;

3) брожение умов;

4) формирование толпы (циркулярная реакция, процесс кружения);

5) развертывание антиобщественного поведения толпы.

А.В. Серегин (1980) обосновывает три стадии групповых эксцессов и дает их следующие признаки: первая (предбунтовое состояние) – осложненная оперативная обстановка, предшествующая чрезвычайным обстоятельствам; вторая – внеколлективное поведение в период чрезвычайного происшествия; третья – оперативная обстановка после ликвидации группового эксцесса.

Первая стадия характеризуется нарушением паритета компромисса между официальным и неофициальным.

Внутренняя причина эксцесса выражается в усилении влияния неформальных лидирующих групп, которое обусловливает расширение и ужесточение притеснений этими группами основной массы осужденных. Это вызывает недовольство нейтральной части осужденных, которым тут же пытаются воспользоваться группы, стремящиеся к лидерству. В связи с тем, что условия жизни в местах лишения свободы не позволяют сформировать коалиционные группы лидеров, борьба за влияние принимает бескомпромиссный характер (И.В. Каретников, 1979). Происходит рост социально-психологической напряженности, недоверия к администрации ИУ, повышение уровня конфликтности. Администрация старается не допустить появления нескольких соперничающих неформальных групп, поскольку это способствует нарастанию недовольства нейтральной части, делает обстановку взрывоопасной.

Общая цель формируется в процессе общения осужденных в условиях распространения слухов и провокационных сообщений, угроз, психологического внушения, заражения, подражания, психологического прессинга. В ходе межличностного и межгруппового общения разрозненные цели осужденных выравниваются, эмоциональное возбуждение усиливается, формируется общее психическое состояние, настроение, общая направленность действий, связанных с ненавистью и агрессией к определенному субъекту.

Общая цель достигается путем выполнения частных (этапных, вспомогательных) целей, которые по своему содержанию являются антиобщественными. Они образуют «дерево» целей участников групповых эксцессов: цель I ранга – захват КПП, вахты, освобождение из ШИЗО и ЛПУ отрицательной части осужденных; цель II ранга – создание обстановки хаоса, психоза, анонимности; цель III ранга – сведение счетов с сотрудниками и активистами путем совершения преступлений. Последовательность этих действий может быть и иной.

Массовый конфликт может начаться с конфликта между враждующими группировками. Во вспыхнувший конфликт включаются новые члены конкурирующих групп, а затем их сторонники. Напряжение усиливают надвигающаяся развязка, спровоцированное столкновение противоборствующих групп.

Групповые эксцессы не сразу приобретают организованный характер. Вначале у каждого осужденного появляется свой интерес. Но по призыву накопившаяся агрессия обрушивается на тех, кого считают врагами (чаще всего активистов и отверженных). Затем она направляется на бессмысленное и беспощадное разрушение и уничтожение помещений, имущества. Каких-либо далеко идущих планов нет. Требования сводятся, как правило, к устранению «отрицательно» зарекомендовавших себя представителей администрации, улучшению условий труда, быта, питания. Редко проявляется стремление к убийству сотрудников, они чаще всего изгоняются из колонии.

Взрыву нередко предшествуют: неповиновения, отказ выполнять те или иные требования режима, активные переговоры (когда осужденные начинают «тусоваться»).

Администрация пытается успокоить осужденных: беседует, вступает в переговоры, воздействует на лидеров так, чтобы они использовали свой авторитет. Но вырвавшееся недовольство трудно укротить, а главное – управление постепенно переходит к людям, которые подогревают разгоревшиеся страсти.

Приведем пример типичного эксцесса. Во время выхода на прогулку девять преступников, содержащихся в СИЗО-1 Челябинска, набросились на контролеров и отобрали у них ключи от камер. Затем они разоружили еще нескольких сотрудников и открыли камеры. Во внутреннем дворе СИЗО оказалось несколько сотен человек. В короткое время заключенные захватили весь изолятор, разгромили склады, медпункт, взяли в заложники пять человек. Некоторые вооружились колющими предметами, снятыми со стенда, на котором демонстрировалось оружие из воровского арсенала. Парламентеры заключенных потребовали вызвать прессу, телевидение, священнослужителя, представителей власти. Пакет требований был примерно таким же, как и в других случаях: улучшить питание, разрешить свободные свидания с родственниками и т.д. После длительных переговоров с парламентерами заложников отпустили. Но на требования разойтись по камерам толпа не реагировала. Тогда администрация воспользовалась помощью ОМОНа. При усмирении толпы в милиционеров полетели заточенные напильники, банки, куски железа. В голову одному из омоновцев попала самодельная граната – выручила каска. Операция по усмирению заняла не более 5-7 минут.

Вторая стадия групповых эксцессов начинается с возникновения повода, который используется зачинщиками в качестве детонатора события. Такими обстоятельствами могут быть провокационные действия отрицательно настроенных осужденных, психологически неправильные, а часто и неправомерные действия сотрудников исправительных учреждений.

Зачинщиком большинства групповых эксцессов являются несколько осужденных. Затем в течение примерно двух часов численность группы достигает более сотни человек за счет присоединения к ней наиболее отрицательной и неустойчивой части осужденных. При длительном периоде течения эксцессов (порядка нескольких часов) в их орбиту вовлекается несколько сотен лиц.

Происходят драки, нападения на КПП колонии, взломы ШИЗО и ЛПУ с освобождением злостных нарушителей режима, нападения на осужденных из числа актива и их избиение, распространяются ложные и провокационные слухи о деятельности администрации учреждения, призывы к расправе над отдельными осужденными и сотрудниками колонии. Активно изготавливаются орудия совершения нападения, ведется агитационная работа по вовлечению в эксцесс как можно большего числа осужденных. В среде осужденных разворачивается циркулярная реакция, затем процесс кружения, входе которого формируются общие цели, мнения и настроения, направленность действий, эмоциональное и ценностно-ориентационное единство, распределяются роли. К зачинщикам группового эксцесса присоединяется основная масса осужденных, активизируются хулиганствующие элементы, совершаются различные агрессивные действия. На этом этапе ведутся переговоры и используются специальные подразделения (спецназ).

Третья стадия – это оперативная обстановка после ликвидации группового эксцесса, которая не сразу нормализуется. Осложнение обстановки в этот период могут вызвать слухи, недовольство осужденных, которые таят в себе возможность возобновления эксцессов. В связи с этим проводятся специальные мероприятия, направленные на разобщение, физическую и психологическую изоляцию осужденных, участвующих в групповых эксцессах и массовых беспорядках.

19.4. Социально-психологические предпосылки разрешения и профилактики групповых эксцессов

На первой стадии группового эксцесса персонал учреждения пытается нормализовать сложную оперативную обстановку: локализует очаг недовольства, пресекает слухи, разъясняет, убеждает участников инцидента в неправомерности действий и необходимости подчиниться требованиям администрации, разобщает группировки, персонально предупреждает «авторитетных» осужденных об ответственности. Типичной ошибкой на этом этапе являются бездеятельность и нерешительность.

На второй стадии эксцесса действия персонала администрации сводятся к сдерживанию, контрпропагандистскому воздействию на осужденных с помощью переговоров и обращений с целью прекращения ими противоправных действий.

Выбор методов психологического воздействия на осужденных зависит от вида и стадии развития группового эксцесса, а также от средств, находящихся в распоряжении персонала. Чтобы выбрать правильные меры, надо выявить действительные причины и факты, послужившие поводом для эксцесса. Для этого необходимо как можно быстрее собрать и проанализировать информацию о причинах конфликта, количестве и составе осужденных – активных участников, о настроении основной массы осужденных и их мнении. Это помогает наметить методы и средства расслоения, разобщения участников.

В начале второй стадии эксцесса персонал предпринимает обращение к осужденным. Оно должно быть личностно-ориентированным, раскрывающим истинные цели зачинщиков, предупреждающим об ответственности за последствия и нацеливающим на отказ от противоправных действий (В. Ильин, Ю.Ф. Кваша, Е.Ф. Филатов, 1984).

Схематически обращение в условиях групповых эксцессов можно представить формулой Лассуэлла:

1) кто обращается к осужденным;

2) что выступает в качестве сообщения;

3) как обращаются к осужденным;

4) кому адресуется обращение.

Третья стадия – это проведение разъяснительной работы после пресечения эксцессов. Агрессивное поведение осужденных может выражаться в демонстрации недоброжелательности, неприязни, в шантаже, оскорблениях, угрозе применения физической силы, холодного или другого оружия, иных средств насилия. В связи с этим сотрудники должны овладеть приемами активного противодействия, среди которых выделяют:

а) защитно-предвосхищающий – связанный с заблаговременным настроем, обеспечивающим предвосхищение возможности агрессивных действий;

б) защитно-внушающий – применяющийся в случае, когда сотрудник стремится оказать внушающее воздействие на осужденного и ослабить его установку к противодействию;

в) защитно-речевой – использующийся для нейтрализации возможности агрессии осужденного с помощью вербальных (речевых) средств, которые позволяют раскрыть правовые и психологические последствия агрессивных действий осужденного.

Различают три основных направления воздействия на участников конфликтов и групповых эксцессов: переориентирование, сдерживание, разобщение. Переориентирование предполагает создание у осужденного (осужденных) внутренней убежденности в необходимости отказа от дальнейшего участия в групповом эксцессе. Оно может быть связано с обсуждением соответствующих вопросов на общих собраниях осужденных после разрешения конфликта и окончания группового эксцесса.

Сдерживание участников группового эксцесса состоит в побуждении их к отказу от конфликтного взаимодействия в связи с наступлением для них нежелательных последствий. Воздействие направлено на рациональное соизмерение осужденными ценности результатов, к которым они стремятся, и тяжести возможных последствий. В некоторых случаях для отказа осужденных от совершения противоправных действий оказывается достаточно сообщения о том, что администрация располагает сведениями об их активных намерениях.

Разобщение участников конфликта предполагает воздействие с целью ограничения возможности осужденных активно взаимодействовать. Для этого осужденные переводятся на отдаленные друг от друга рабочие и спальные места, в другое звено, бригаду, отряд, помещаются в ШИЗО, а в крайних случаях – этапируются в другое исправительное учреждение.

Переговоры могут применяться на любом из этих этапов и имеют целью склонение участников групповых эксцессов и массовых беспорядков к отказу от противоправного поведения и достижения приемлемого соглашения (А.В. Серегин, В.А. Ильин, 1993).

Особенно сложным является первоначальный этап переговоров, поскольку он характеризуется внезапностью действий осужденных, стремящихся подавить волю представителей администрации учреждения, навязать удобные для себя формы диалога. Осужденные используют оскорбления, угрозы, откровенное запугивание, шантаж, выдвигают ультимативные условия, на основании которых определяется тактика ведения переговоров. Наиболее правильная тактическая линия персонала – демонстрация психологической устойчивости, снятие эмоционального напряжения, возможное затягивание переговоров, с тем чтобы выиграть время для уточнения сложившейся экстремальной ситуации, проведение разведывательных мероприятий (выяснение личности зачинщиков, лиц, захвативших заложников, их численности, возраста, физических и психических особенностей, наличия криминального опыта, получение информации о намерениях).

Выбирается наиболее целесообразная форма диалога (устный, через посредников, переводчиков, письменный). На первом этапе основное внимание уделяется установлению и развитию контактов с организаторами группового эксцесса и поиска «общего языка», созданию установки на терпеливое и спокойное обсуждение возникшей ситуации.

Последующие этапы переговоров связаны с продолжением диалога, рассмотрением конкретных условий, которые выдвигают осужденные-организаторы.

Оправдал себя такой тактический прием, как предложение осужденным выделить своих представителей (посредников), чтобы в спокойной обстановке обсудить выдвинутые ими условия. На данном этапе возможен перехват инициативы в диалоге, повышение эффективности психологического воздействия на осужденных. В итоге противоположная сторона снижает свою активность, занимает оборонительную позицию.

Главный довод во всех успешно завершившихся переговорах – подчеркиваемая в различной интерпретации мысль, что диалог имеет смысл, если осужденные прекратят беспорядки. На протяжении всех этапов переговоров необходимо поддерживать у осужденных убеждение в возможности удовлетворения их требований, чтобы предотвратить насилие.

В психологической борьбе, составляющей суть переговоров, выделяют следующие факторы (В.П. Илларионов, 1993):

1) эмоциональное воздействие, при этом используются естественные привязанности организаторов;

2) страх перед угрозой применения силы, включая средства поражения (осужденные должны реально оценивать возможные последствия применения силы);

3) поощрение (при этом важно подчеркнуть молодость, неопытность осужденных, возможность смягчения наказания и ответственности).

Во время переговоров надо обеспечивать индивидуальный подход к разным группам осужденных – участников групповых эксцессов, а также уделять особое внимание нейтрализации усилий организаторов, противопоставлять им тех, кто занимает менее агрессивные позиции и склоняется к компромиссу. Выявление возникших в среде осужденных противоречий и разногласий позволяет ускорить разрешение конфликта. Однако следует избегать использования непроверенных данных, которые могут быть опровергнуты и в итоге привести к срыву соглашения. Мастерство ведения переговоров проявляется в умении создавать паузы (перерывы), позволяющие всесторонне обсудить сложившуюся обстановку, скорректировать линию своего поведения в разрешении конфликта.

Кроме того, паузы – сильное средство психологического воздействия на участников акции. В обстановке «информационного голода» у них усиливаются чувства неуверенности и сомнения в достижении задуманного. Положительное влияние на ход переговоров оказывает привлечение к их проведению представителей общественности, средств массовой информации, священнослужителей, родных и близких осужденных местных «авторитетов» (В.А. Ильин, 1993).

Профилактика конфликтов как система социально-психологических мер направлена на их предотвращение и включает в себя прогнозирование, которое строится на основе информации о закономерностях их возникновения, развития и проявления.

Прогноз, связанный с профилактикой групповых эксцессов в среде осужденных, осуществляется на разных уровнях:

– среды осужденных исправительного учреждения (наличие тюремной субкультуры, стратификации, традиций и обычаев);

– отряда осужденных и малых неофициальных групп (работа с их членами, лидерами);

– личности осужденного (проведение различных видов психолого-педагогического воздействия, а при необходимости применение медико-психиатрических мер к агрессивным и конфликтным личностям, алкоголикам, наркоманам).

Итак, разрешение и профилактика групповых эксцессов сотрудниками исправительных учреждений зависят от знания ими социально-психологических процессов, происходящих в среде осужденных, постоянного анализа и устранения недостатков в жизнедеятельности осужденных, отработки действий сотрудников при возникновении групповых эксцессов.

Ключевые термины и понятия

Конфликт, групповой эксцесс, толпа, функции конфликта, стадии (этапы) конфликта, позиции сотрудников в конфликте, дезиндивидуализация, ролевая структура группового эксцесса, динамика группового эксцесса, формула Лассуэлла, переговоры.

Психологическое самообразование

Вопросы для обсуждения и размышления

1. Как известно, концепции гуманизации исправительных учреждений в России включают расширение прав и свобод осужденных, которые могут снизить конфликтность в местах лишения свободы.

Какие, по вашему мнению, причины лежат в основе межличностных, межгрупповых конфликтов, а также групповых эксцессов и массовых беспорядков?

2. Составьте план психологической подготовки сотрудников к действиям в экстремальных ситуациях и при массовых беспорядках.

3. Проанализируйте типичные недостатки:

а) в урегулировании конфликтов:

– применение только мер принуждения;

– создание видимости разрешения конфликтов;

– нарушение законности (непринятие мер);

б) в разрешении конфликтов:

– переориентирование и сдерживание (цель – отказ участников от конфликтного взаимодействия под угрозой наказания);

– ограничение возможности конфликтующих общаться друг с другом (изоляция, этапирование в другое учреждение).

Рекомендуемая литература

Башкатов И.П. Малые группы и межличностные отношения в колониях для несовершеннолетних. – М., 1974.

Деболъский М.Г., Ильин В.А. Психологические особенности воздействия на осужденных при групповых противоправных действиях//Проблемы функционирования органов, исполняющих наказания. – М., 1987.

Илларионов В.П. Переговоры с преступниками. – М., 1993.

Ильин В.А. Управление ИТУ при возникновении групповых противоправных действий осужденных. – М., 1993.

Казак Б.Б. Уголовно-исполнительная система в механизме обеспечения внутренней безопасности общества. – Рязань, 2000.

Каретников И.В. Некоторые вопросы криминологической характеристики групповых эксцессов осужденных//Актуальные проблемы укрепления режима в ИТУ. – Рязань, 1979.

Кузьмин С.И. Тактика борьбы с преступными группировками в местах лишения свободы//Человек: преступление и наказание: Вестн. Ряз. высш. шк. МВД России. 1994. № 2.

Олейник А.Н. Тюремная субкультура. – М., 2001.

Пономарев И.Б. Избранные труды. – М., 2002.

Пономарев И.Б. Конфликты в структуре управленческой деятельности//Психологические проблемы повышения эффективности и качества труда. – М., 1991.

Серегин А.В., Ильин В.А. Организация и практика по освобождению заложников в ИТУ. – М., 1993.

Сухов А.Н. Общение осужденных при чрезвычайных обстоятельствах в ИТУ. – Рязань, 1984.

Сухов А.Н. Конфликты в первичных производственных коллективах осужденных. – Рязань, 1978.

Сухов А.Н. Криминогенное общение в среде осужденных. – Рязань, 1993.

Усе А.В. Конфликты между осужденными, сопровождающиеся насильственными посягательствами. – Казань, 1983.

Хохряков Г.Ф. Парадоксы тюрьмы. – М., 1991.

Шаламов В. Собр. соч.: В 4 т. – М., 1998.

Энциклопедия юридической психологии/Под ред. А.М. Столяренко. – М., 2003.