Вефиль свидетелей иеговы санкт-петербурге

Вефиль свидетелей иеговы санкт-петербурге

Ин. 1: 1, 14, 18. В начале было Слово, и Слово было с Богом, и Слово было Бог. И Слово стало плотью и обитало среди нас, и мы увидели славу Его, славу как Единородного от Отца, полного благодати и истины. Бога никто не видел никогда: Единородный Бог, сущий в лоне Отца, Он открыл.

Жизнь в Вефиле — какова она?

(Воспоминание бывшего вефильца)

Эту статью мы нашли на одной из страниц интернета. Автор предпочел себя скрыть это характерно для человека не так давно покинувшего культ. Статья расказывает о жизни в «святом святых» для многих российских свидетелей Иеговы в Вефиле, расположенном в поселке Солнечном под Санкт-Петербурга.

По всему миру Общество Сторожевой Башни в настоящее время владеет более чем сотней филиалов, называемых Свидетелями Иеговы библейским термином «Вефиль», что в переводе означает «Дом Бога». В России такой филиал расположен под Санкт-Петербургом, в элитном Курортном районе в поселке Солнечное.

Большинство СИ рассматривают служение в Вефиле как прекрасную возможность отдать Богу все свои силы, таланты и способности и служить ему до максимально возможной степени; попасть в Вефиль – это голубая мечта для многих молодых крещеных Свидетелей. В какой то степени в умах Свидетелей служение в филиале Общества окружено ореолом элитарности, избранности; для молодых людей или девушек быть приглашенным на служение в Солнечное это все равно что для «мирской» молодежи быть зачисленным в престижный ВУЗ или устроиться на высокооплачиваемую работу. Некоторые семейные пары воздерживаются от того, чтобы иметь детей, холостые братья и сестры воздерживаются от вступления в брак, изучают иностранные языки – все это для того, чтобы соответствовать требованиям для желающих служить в Вефиле.

Основные требования к тем, кто желает работать в Вефиле – это быть крещеным Свидетелем Иеговы не менее одного года, иметь хорошую репутацию в своем собрании, желательно иметь опыт полновременного служения, например быть пионером, обладать хорошим физическим и душевным здоровьем, иметь мир с собой, соверующими и Богом, в течении пяти последних лет до подачи заявления на служение не иметь порицаний или разбирательств внутриорганизационным судебным органом – правовым комитетом, в общем, нужно быть примерным и ревностным СИ. В анкете также нужно указать, не было ли у кандидата алкогольной или наркозависимости, не страдал ли он гомосексуальными наклонностями [1] , нет ли у него финансовой задолженности или других обязательств, которые в последствии могут помешать вашему служению в Вефиле.

Заявление (анкету) на служение в Вефиле обычно можно получить на специальной встрече для желающих служить в Вефиле, которая проводится во время летнего трехдневного (обычно) конгресса Свидетелей Иеговы. На встрече представитель Общества делает небольшое разъяснение особенностей служения в филиале Общества, затем в индивидуальных коротких собеседованиях с кандидатом ответственные работники Общества решают можно ли выдать ему заявление для заполнения.

Немногие счастливчики, получившие анкеты, затем должны заполнить их и передать главному представителю собрания, к которому они причислены – председательствующему надзирателю. Затем в заявлении свои подписи, свидетельствующие об одобрении кандидата, ставят члены руководящего органа собрания – совета старейшин. Тем самым Общество может быть уверено, что кандидат действительно имеет хорошую репутацию в собрании.

Затем по определенной Обществом процедуре анкета попадает в Вефиль, так сказать в «отдел кадров», выражаясь светским языком. Там она среди многих других может лежать довольно долго, а в один прекрасный день счастливый кандидат (порой уже потерявший надежду на это) может получить официальное приглашение прибыть в Вефиль – «служить Богу от всего сердца, всеми своими силами и способностями». Теперь минимум один год ему предстоит «Жить вместе в единстве», хотя пока он мало представляет, куда он едет, и что он там будет делать. Главное о чем он думает – это то, что теперь он станет так близок к Иегове, как никогда ранее. К сожалению, это не всегда так…

Добро пожаловать в Вефиль, что значит «Дом Бога»!

Если вы никогда не работали минимум по 44 часа в неделю, без официальных выходных во время праздничных дней, без медицинской страховки, без пенсионного страхования, с коротким 12-дневным ежегодным отпуском, если вы привыкли жить в своей комнате один, если вы никогда не вставали в 6 утра и не ложились запоздно каждый день – то жизнь в Вефиле покажется вам довольно непростой.

Вефиль это хорошо отлаженный механизм, предназначенный для эффективного и малозатратного выполнения работы по осуществлению идеи, которой одержим Руководящий Совет Общества Сторожевой Башни – «расширять интересы Царства Бога на вверенной им территории – планете Земля», то есть возвещать «вверенные» им истины как можно большему числу неверующих людей, а также управлять сообществом уже обращенный в веру СИ (свидетелей Иеговы). Соответственно вы становитесь одним из «винтиков» этого механизма, и вам постоянно будет напоминаться, что «незаменимых у нас нет, и будьте счастливы, что вас удостоили такой привилегии» — иногда в вежливой, а часто и в не очень тактичной форме. Общество любит писать в своей литературе о важности чувства собственного достоинства, не задумываясь о том, как оно ПОРОЙ подавляется среди собственных работников Вефиля.

Итак, вы в поселке Солнечное, что под Санкт-Петербургом, на улице Средняя, дом 6. За серым металлическим забором вам открывается захватывающее зрелище – современного европейского стиля небольшие трехэтажные домики желтого цвета с крышами, покрытыми красной черепицей, чистые ухоженные мощеные дорожки, подстриженные газоны, пение птиц, тишина, покой и свежий воздух: вот оно, счастье, вот он покой и радость общения с Богом. По крайней мере на первых порах все новоприбывшие переполнены эмоциями [2] .

Новоприбывшие проходят небольшое вводное интервью с представителем филиала, в котором их приветствуют как нового сотрудника Дома Бога и объясняют какая великая честь выпала им и к чему это обязывает: «Быть членом семьи Вефиль». Общество позаботилось о поддержании морального облика вефильца, издав специальную брошюру «Жить вместе в единстве» [3] . Из нее можно узнать, что ожидается от человека, решившего служить в Вефиле, какие требования предъявляются к его духовному состоянию, какую одежду ему следует носить, как он должен показывать пример соверующим в собрании, в которое его назначат, как разрешать возможные конфликтные ситуации на рабочем месте, может ли он подрабатывать на стороне, что означает понятие «обет нищеты».

Хотя никто официально не дает «обет нищеты» (перед свидетелями, которые могут подтвердить это), считается, что человек автоматически принимает его, будучи принят в семью Вефиль. Это означает, что за свою работу он не будет получать никакой заработной платы, Общество будет лишь обеспечивать его жильем и пропитанием, а также ежемесячным небольшим денежным пособием, чтобы он мог купить необходимые вещи, такие как предметы личной гигиены, проездной билет на транспорт и т.п. Общество не берет на себя заботу о человеке в случае утраты им трудоспособности. «Просим вас понять, что Общество не может позволить себе заботиться о человеке всю его жизнь» — говорится в одном из писем Общества к членам семьи Вефиль. Если человек в год болеет более 14 рабочих дней, то Общество обычно просит его покинуть Вефиль – с таким здоровьем ему лучше служить Богу в другом месте, ведь кандидатов не его место очень много.

В первый год отпуск составляет 12 дней, через каждые два года прибавляется один день; дорога домой и обратно засчитывается в эти дни (то есть после первого года служения не все могут уехать в отпуск – в нашей стране на поезде можно ехать несколько дней подряд, так что на общение с родственниками времени не останется). Дни можно копить, но нельзя брать более 24 дней за один раз.

Первые дни в Вефиле это дни потрясающих открытий, новых знакомств, дни первых переживаний. Вы наконец-то узнаете, в какой комнате и с кем будете жить, в какой отдел вас определят на работу, кто будет надзирателем здания, в котором вас поселят, кто будет надзирателем стола в столовой, за который вас посадят, кто будет надзирателем на рабочем месте.

В прачечной вам определят специальный номер, который будет потом нанесен на всю вашу одежду (за исключением нижнего белья и носков). Вы узнаете размер вашего денежного пособия и соответственно прикинете месячный бюджет. Междугородние и международные телефонные переговоры оплачивать придется вам самим, по полному тарифу. Интересно, что иностранные сотрудники Вефиля получают денежное пособие в иностранной валюте, и размер его больше, чем у вефильцев-россиян.

Утро начинается с утреннего поклонения, проводимого в столовой. За каждым столом сидит десять человек, во главе стола – его надзиратель; только он обладает правом подозвать официанта, если на столе что-либо закончилось. Он также определяет, в каком направлении (по часовой стрелке или против) передавать поднос с блюдом. Обычно одну неделю пищу передают в одном направлении, другую – в противоположном. Таким образом стараются соблюдать справедливость – мол на этой неделе самые вкусные кусочки возьмет левая сторона стола, зато на следующей – правая.

Утреннее поклонение начинается в 7 часов утра. К этому времени ожидается, что вы придете чистыми и опрятными, в рубашке с галстуком (для мужчин). Женщины (и девушки особенно), конечно же встают пораньше, чтобы успеть нанести макияж. А если в комнате живет два (а иногда и три) человека, то нужно договориться кто когда идет в душ.

Если вы проспали, то смысла идти уже нет – кому интересно пробираться к своему столу перед несколькими сотнями любопытно разглядывающих вас лиц. Впрочем проспать трудно – все здания оборудованы специальной звуковой системой, и утром несколько гудков напоминают о подъеме и о том, что пора выходить на завтрак. Если же вы не пришли на утреннее поклонение несколько раз подряд, то вам обязательно позвонит надзиратель стола и напомнит вам, что это часть служения и поклонения, и в случае злостного уклонения от утренних поклонений комитет филиала может решить прекратить ваше служение в Солнечном.

Во время утреннего поклонения назначенный на руководство им на данной неделе старейшина Вефиля (да-да, есть и такие!) приветствует всех собравшихся по громкой связи, затем просит назначенного чтеца прочесть ежедневный стих, после чего делает свой небольшой комментарий, о том как вефильцы могут применить его в своей жизни. После него краткие комментарии длительностью в минуту делают назначенные два брата и две сестры. Сотрудники Вефиля уведомляются об этом «преимуществе» заранее, чтобы успеть подготовиться. Сестрам регулярно напоминается, что они во время комментария не должны «учить семью Вефиль». Это часто вызывает недоумение, ведь любая зачитанная в микрофон информация тенденциозна, и не может не учить. Поэтому сестры часто не знают, как применить это внушение. Братья и сестры часто волнуются, и голос в микрофоне дрожит – куда здесь до завтрака! В общем часто утреннее поклонение это нервный стресс, особенно если вчера после собрания вы вернулись домой в двенадцатом часу вечера.

После окончания утреннего поклонения есть возможность забежать на насколько минут в комнату – рабочий день начинается в 8 часов. Во всех зданиях раздается гудок, оповещающий сотрудников о начале работы.

Если вы с утра почувствовали себя не очень хорошо и решили не идти на завтрак с молитвой и остаться дома, то не рассчитывайте, что удастся поспать. После сигнала о начале рабочего дня в комнату обязательно постучится назначенная на этаж, где вы живете, горничная, и спросит, почему вы еще не на работе, и если заболели, то сообщили ли об этом «врачу» и своему надзирателю работ. В Вефиле ведется строгий учет посещаемости работы и пропущенных по болезни рабочих дней (как уже говорилось, две-три пропущенных по болезни недели уже могут служить поводом для рассмотрения руководством целесообразности вашего дальнейшего пребывания в Вефиле). Если вы не сообщили «врачу» и надзирателю, то это обязательно сделает горничная – так от нее требует должностная инструкция.

«Врач» в Вефиле это всего лишь фельдшер, не особо разбирающаяся в медицинских вопросах. Так что все проблемы со здоровьем нужно решать в городских поликлиниках и больницах. Отдельно следует отметить очень хорошего стоматолога (его услуги бесплатны), который добровольно отказался от возможности открыть свою клинику и решил работать в Вефиле в Солнечном – это очень хороший специалист. Правда число визитов к стоматологу имеет определенный лимит.

Сотрудникам Вефиля в России оформляется общероссийский медицинский полис, пенсионное же страхование не производится; не оформляется трудовая книжка и соответственно не ведется трудовой стаж. Некоторые из сотрудников комментируют такую социальную незащищенность словами «Когда мы состаримся, настоящая система уже сгорит в Армагеддоне, так что пенсия нам не понадобится!» Другие, более дальновидные сотрудники открывают пенсионные накопительные счета в независимых пенсионных фондах – однако таких очень немного. Все обычно списывается на русское «Авось!».

Вернемся к рабочему дню и рабочей неделе. Работа длится с 8 до 12 часов, после чего гудок оповещает сотрудников о начале обеденного перерыва. Обед начинается в 12:10 – это делается для того, чтобы рабочие из отделов, где работа проходит в спецодежде, успели переодеться в костюм и одеть галстук. В 12:10 произноситься краткая молитва (назначенным на этот день сотрудником, уведомление которому посылается заранее), затем в 12:20 – 12:25 (зависит от руководителя мероприятия) произносится завершающая молитва. После нее можно остаться доедать свой обед или пройти по столам и собрать неразобранные порции, чтобы взять себе домой. Иногда смешно наблюдать сотрудниц Вефиля, спешащих к какому-нибудь столу за лакомым кусочком – как бы другие не опередили; если кусочков несколько, то может выстроиться очередь – прямо как в былые времена за колбасой.

В 13:00 раздается очередной гудок, оповещающий о начале второй половины рабочего дня, которая длится до 17:00. В 17:00 раздается последний на этот день гудок, в офисах начинают синхронно хлопать двери – народ бежит на ужин, который проводится не так формально и официозно, как завтрак и обед – общая молитва не произносится, столы заранее не накрываются, каждый берет пищу со стола раздачи. Ужинают обычно быстро, поскольку многим нужно бежать на электричку, чтобы успеть на собрание в город. Расписание движения пригородных поездов на Выборгском (как и на других) направлениях не очень удобное – некоторым вообще приходится жертвовать ужином, чтобы успеть на собрание в город. Например те, у кого собрания проводятся в Купчино, тратят до 2 часов на дорогу в одну сторону (а ведь нужно еще и вернуться в этот же день обратно!).

Одно время было организовано специальное собрание, встречи которого проводились прямо на территории Вефиля – оно пользовалось большой популярностью у сотрудников, поскольку многие очень сильно уставали от напряженного графика работы и поездок в город. Однако через некоторое время руководство Вефиля сказало: «Хватит ходить в тапочках на собрания! В городе очень большая потребность в ободрении братьев и сестер, они хотят видеть светящихся от радости солнечных братьев, а вы тут прохлаждаетесь – поэтому все, у кого нет веских причин, будут назначены в собрания в городе». Вот она, «теократия» в действии – «связывают бремена тяжелые и неудобоносимые и возлагают на плечи людям, а сами не хотят и перстом двинуть их»!

В среднем за неделю в город выезжать приходится четыре раза – два раза вечером на буднях (на книгоизучение и Школу теократического служения), два раза в выходные (на проповедь неверующим и на изучение «Сторожевой Башни»). Помимо этого каждый понедельник вечером для сотрудников Вефиля проводится так называемое «семейное изучение «Сторожевой Башни» — в 18:30 все собираются в Зале Царства на территории Вефиля, в течение часа идет обсуждение статьи из журнала. Раз в несколько недель дополнительно к этому сотрудники прослушивают специальный доклад продолжительностью 45 минут.

В результате у человека остается свободного времени для отдыха очень мало: два вечера на буднях, и полдня на выходных (поскольку половина субботы является рабочим днем). Однако и на эти крохи Общество умудряется найти «полезные дела».

Вефиль свидетелей иеговы санкт-петербурге

Обеспеченный предприниматель погиб в автокатастрофе, а днём позже за его наследством пришли «Свидетели Иеговы». Родственники пытаются оспорить завещание, подозревая деятелей культа в подделке подписи, зомбировании и чуть ли не в подстроенном ДТП. Сами сектанты называют себя мирными читателями Библии и жертвами предрассудков. «Люди мало знают о нас», – жалуются они. «Фонтанка» решила разобраться, кто здесь «свидетели», а кто – потерпевшие.

Авария случилась 8 августа этого года на шоссе возле Сланцев. В шестом часу вечера при ясной погоде и на сухом асфальте автомобиль марки «Лада», в котором ехали 5 человек, вышел на встречную полосу, чтобы обогнать фуру, и внезапно вылетел на обочину. Переднюю часть машины сплющило о дерево. Три человека пострадали, один пассажир и водитель погибли на месте. За рулём был Валерий Федосеев: известный в Сланцах предприниматель, 50-летний владелец большого комплекса недвижимости, который его единственная дочь оценивает в 200 миллионов рублей. Уже 9 августа Виктория Сергеева узнала, что всё имущество, а именно квартиру, дом, гараж, земельные участки и здания магазинов, отец завещал не ей. И не внуку, которого обожал.

Так началась эта детективная история. «Фонтанку» она привела в чудесное местечко в Курортном районе Петербурга. Здесь, в посёлке Солнечное, в 1992 году мэрия Санкт-Петербурга выделила участок земли площадью 7 гектаров для нужд Религиозной организации «Управленческий центр Свидетелей Иеговы в России». Ей-то и завещал своё имущество миллионер из Сланцев.

Санаторий добровольцев

Внешне это похоже на курорт. Фонтаны. Аккуратные, как игрушки, домики. Комнаты со всеми удобствами, максимум – на двоих. Кормят в столовой после предварительной молитвы. «Я дома так не всегда ем», – вспоминает бывший «свидетель».

– Отсюда осуществляется координация деятельности всех Свидетелей Иеговы в России, – проводит экскурсию пресс-секретарь организации Григорий Мартынов. Улыбчивый молодой человек с мягким голосом, в безукоризненном костюме с галстуком.

Здесь несёт службу высшее «духовенство» российских иеговистов. Кто-то тут и живёт, кто-то приходит из дома. И здесь же служат около трёхсот рядовых «свидетелей». Работают в корпусах, в прачечной, в столовой, на территории, в типографии.

– Здесь живут и работают добровольцы, – продолжает экскурсию Григорий. – Зарплату они не получают. Все их основные потребности удовлетворяются здесь же: есть жильё, есть столовая, прачечная. Плюс они получают немного денег на карманные расходы.

Приветствуется приход в общину всей семьёй.

– Свидетели Иеговы очень ценят семейное устройство, – мягко улыбается экскурсовод. – Мы хотим, чтобы семьи были крепкими.

В организации не скрывают, что существуют на пожертвования.

– Здесь мы существуем на пожертвования, которые осуществляются в России, – уточняет Григорий. – Большие проекты реализуем с зарубежной помощью. Например, комплекс в Солнечном строился с помощью финской организации.

Сегодня в рядах «Свидетелей Иеговы» в мире состоит 7 миллионов человек. В России – около 170 тысяч. В Петербурге насчитывается сотня общин, в каждой – по 70 — 100 человек.

Торопливые наследники

«Свидетели Иеговы» заявили права на наследство Федосеева на следующий день после аварии. В это же время, с утра 9 августа, с банковских счетов погибшего кто-то стал снимать деньги. Этот человек должен был находиться рядом с Федосеевым в момент аварии, потому что банковские карты были у предпринимателя с собой. И тот же человек ещё должен был попасть в офис и квартиру погибшего, где лежали конверты с пин-кодами. Виктория с трудом наскребала денег, чтобы похоронить отца, а в это время из его квартиры и офиса продолжали пропадать вещи. Кто так торопился прибрать их?

– Спросите об этом Викторию, – намекает адвокат «Свидетелей Иеговы» Арли Чимиров.

Адвокат Виктории Анна Цюрмаста рассказала «Фонтанке», что все пассажиры разбившихся «Жигулей» были адептами секты. Сразу после аварии один из них, а именно приятель Федосеева и верный иеговист Василий Бородынкин с места ДТП исчез. Позже его видели в офисе и в квартире погибшего. Правда, сам Бородынкин в разговоре с «Фонтанкой» назвал это клеветой.

Но личные дневники, которые хранились дома у Федосеева – как раз там, откуда пропадали документы и вещи, – почему-то вдруг нашлись у будущих наследников.

– У нас есть часть его записей, – признаёт адвокат Чимиров. – Нам их… Передали. Доверенные лица. Мы ведь наследники по завещанию.

Полноправными «наследниками по завещанию» они станут только в феврале 2013 года – через полгода после гибели завещателя, таков закон. Но, похоже, не терпелось.

Свидетелей обвиняют

История «Свидетелей Иеговы» драматична. Даже трагична. То есть в цивилизованных странах Европы, не говоря уж о «родной» Америке, иеговисты пользуются такой же свободой совести, как традиционные конфессии. А вот режимы, где сильна господствующая религия, бедолаг всегда мучили. В СССР при Сталине, в 1951 году, их всех выселили в Сибирь. В нацистской Германии «тысячи Свидетелей Иеговы были арестованы», сообщает официальный сайт организации. Сегодня их деятельность запрещена в Северной Корее, Саудовской Аравии, Иране, Ираке, Таджикистане, Туркмении, Узбекистане и Китае.

В современной России «Свидетели Иеговы» начали проповедовать в эпоху расцвета свободолюбия – в начале 90-х. Вера в коммунизм как раз ослабла, до торжества православия дело ещё не дошло. В те времена мэрия Петербурга выделила организации не только 7 гектаров в Солнечном, но ещё несколько участков в черте города.

В последние же годы Россия стала предпринимать атаки на «Свидетелей». Государство встревожено тем, что они не признают флаг и герб, не отмечают наших праздников, а также не встают во время исполнения нашего гимна. Были попытки распустить организацию через суд, но их в 2010 году признал незаконными Страсбург.

При этом вопрос, чего плохого ждать от иеговистов простому человеку, приводит борцов с сектантами в тупик. «Всплывает» разве что пресловутый запрет на переливание крови, из-за которого гибнут дети и с которым борются депутаты.

– Много страшилок о нас ходит, – тяжко вздыхает Григорий. – Люди мало знают о нас.

Просто «свидетели», объясняет он, просят медиков переливать не «живую» кровь, а искусственные заменители, но врачи почему-то считают, что лучше знают, как лечить.

На самом деле, продолжает Григорий, всё, чего хотят его братья, – это чтоб люди приобщались к Библии, ведь она помогает жить и бороться с трудностями.

– Мы хотим, чтобы как можно больше людей узнало о том, что написано в Библии, поэтому предлагаем всем её прочесть, – воздевает он глаза.

Хоть раз в жизни, но и вам наверняка «предлагали прочесть» прямо на улице. Одним из «читателей» стал когда-то успешный предприниматель Валерий Федосеев.

Одинокий миллионер

Бизнесмен пришёл к «Свидетелям Иеговы» в 1998 году. Тогда он был одинок: с мамой Виктории они разошлись, новая семья тоже распалась. Может, поэтому потянулся к религии.

– А может, просто из-за дешёвой рабочей силы, – грустно рассуждает Вика.

Послушные рядовые «свидетели», которым достаточно дать денег на карманные расходы, – чудесная рабочая сила. С другой стороны, организация заинтересована в предпринимателях – в целях решения вопроса безработицы среди малообразованных иеговистов.

Впрочем, поначалу Федосеев искренне ударился в религию. Даже уволил водителя – Сергея Каштанова, который не пошёл в секту.

– Он мне литературу давал читать, вопросы задавал, – рассказывает Сергей. – Я не согласился туда вступить, из-за этого мы и расстались. Следующий его водитель был «свидетелем Иеговы».

Постепенно Федосеева стали окружать сплошные «свидетели». Семьи у него, повторим, уже не было – распалась. И в 2005 году он впервые составил завещание в пользу «братьев». Через год написал новое: в первом была неправильно названа организация. Это означает, что, как минимум, в 2006 году «свидетели» уже знали о волеизъявлении богатого «брата». Ведь кто-то должен был указать ему на ошибку в названии.

В последнее время Федосеев начал вдруг общаться с прежней семьёй – бывшей женой и дочкой. А уж когда выяснилось, что Вика ждёт ребёнка, просто на руках её носил.

– Папа очень ждал внука, – рассказывает девушка. – Даже подстраивал свои дела так, чтобы возить меня на машине, чтобы я с животом в автобусах не толкалась.

Федосеев переводил дочке деньги, предлагал ей с супругом помочь начать бизнес. И постепенно в его круг общения «вклинились» люди, не связанные с сектой. И он, похоже, начал потихоньку отворачиваться от «братьев». Это заметила и Вика.

– Сначала он и мне предлагал туда вступить, книжки давал почитать, – рассказывает она. – Потом это затихло. Его, видимо, подталкивали, чтобы он нас тоже затащил. И я заметила, что он уже как-то нехотя говорил об этом. Ощущение было такое, как будто он не хочет об этом говорить, но надо.

С тех пор Федосеев словно разрывался: вёл себя так, будто он — бизнесмен и отец и он — «свидетель» – два разных человека.

– Отец встречался со «свидетелями», а сам прятал видеокамеру и снимал эти встречи, – рассказывает Виктория. – У меня осталась его флешка, и там мы нашли эти записи. Если они все – верующие, если он им доверял, то почему он их снимал, записывал?

Потеря концентрации

В подлинности завещания Виктория сомневается. Не потому, что ей ничего не досталось, хотя отец говорил, что теперь живёт для дочери и внука. Но 28 апреля он успел купить машину в Красном Селе (ту самую, на которой через 3 месяца разобьётся) – есть чеки со временем и датой, до этого – приехать к дочке с внуком на Ленинский проспект, и когда он ухитрился посетить нотариуса на Невском – непонятно.

И отцовская подпись на документе Вике не нравится. Если он на самом деле ставил этот росчерк, то в каком состоянии? После его гибели полиция нашла в разбитой машине листок с назначениями лекарств. Речь идёт о сильнодействующих препаратах. Но это не рецепт, а просто обрывок бумаги с указаниями дозировок. Причём в третьем лице: «1 т. на ночь (как проснётся)». Словно врач прописывал лекарства не больному непосредственно, а через кого-то третьего.

«Фонтанка» обратилась к сланцевскому наркологу Станиславу Салихову, чьё имя стоит на клочке. Доктор сослался на врачебную тайну, сказал лишь, что такой набор назначают «для купирования абстинентного синдрома». Проще говоря – чтобы снять похмелье.

Главврач Городской наркологической больницы Петербурга Дмитрий Константинов по просьбе «Фонтанки» оценил список лекарств. Некоторые из них действительно могут применяться в наркологии. Но категорически не на дому, только в условиях стационара. Все вместе они могут вызвать сильные побочные эффекты: сонливость, заторможенность, потерю концентрации.

Когда именно были выписаны лекарства, принимал ли их Федосеев в апреле, когда подписывал завещание, – это хочет выяснить полиция. В ГУ МВД по СЗФО, где заинтересовались историей завещания, «Фонтанке» комментариев не дали – попросили подождать окончания проверки.

Если забыть о лекарствах, то всё равно с завещанием что-то не то, так считают Вика и её адвокат. Датирован документ, повторим, 28 апреля. А 4 мая в сланцевской газете «Знамя труда» появляется объявление: Федосеев начинает выставлять на продажу недвижимость, перечисленную в завещании. Его намерение продавать собственность подтвердил «Фонтанке» и сланцевский риелтор Сергей, к которому обращался бизнесмен.

– Ещё месяца три-четыре назад мы говорили об этом, – припоминает он.

Кроме того, Федосеев рисковал сильно испортить отношения со своими будущими наследниками, потому что задумал выселить их «Зал Царства» из своего торгового центра. В конце 2011 года он договорился с новым арендатором.

– Валерий Федосеев пообещал мне помещение на втором этаже его магазина под тренажёрный зал, – рассказывает владелица фитнес-центра Алёна Сковородникова. – Но всё затянулось, потому что там нужно менять полы, чтобы поставить тренажёры, а открывать зал к лету невыгодно. Мы договорились, что я переезжаю туда в августе.

Делать вывод, будто в августе «братья» подстроили ДТП, чтоб их не лишили бесплатной аренды «Зала Царств», глупо: во-первых, такую аварию вряд ли подстроишь, во-вторых, в машине кроме Федосеева сидели ещё четверо его единоверцев. Но в целом картина такая, будто завещатель просто старался обездолить будущих наследников.

Террариум единоверцев

Ежегодно в России 4 тысячи человек покидают организацию. Бывший «свидетель Иеговы» Станислав Ковтун рассказал «Фонтанке» о том, чему именно он был свидетелем. Приводим его монолог, не прерывая.

– Солнечное похоже на мини-отель. И чем выше иерархия – тем лучше бытовые условия. Но за всей этой красотой – военная муштра. Рожать там, например, нельзя, за это сразу вышвыривают. Люди работают за копейки, но боятся уходить оттуда, потому что это означает заново начинать жить. Идёт откровенная грызня, жестокая борьба за место под солнцем.

Сам я пришёл в организацию в 90-х вместе с женой. Тогда многие так пытались уйти от проблем. Вначале я увидел очень дружную группу. Но постепенно впечатления менялись. И я понял, что проблем среди «свидетелей» не меньше. И эти проблемы острее.

Для «Свидетелей Иеговы» не существует такого понятия, как взаимопомощь. Не потратят ни копейки, чтобы помочь друг другу. Старейшины меняют машины и делают евроремонт, а половина собрания еле сводит концы с концами.

Я увидел, что среди «Свидетелей Иеговы» очень много алкоголиков. Человек в этой организации – как в аквариуме. Друзей вне общества вообще не должно быть. Браки за пределами культа тоже запрещены. Если кто-то из молодёжи влюбляется на стороне, он потом, как правило, уходит. И чтобы удержать молодёжь, существует такой запрет.

В 2006 году мой сын познакомился с девушкой, сейчас уже они – прекрасная молодая семья. Но тогда к нам домой приезжали старейшины – поговорить с моим ребёнком, чтобы он бросил эту девочку. Из-за такого вот девушки в организации понимают, что им так и оставаться старыми девами. Потому что внутри культа им неинтересно, а те, кто «в мире», – это страшнее ядерной угрозы. Люди из-за этого очень рано стареют.

Из-за этого «аквариума» возникает что-то вроде клаустрофобии: хочется бежать оттуда. Но этого сделать не дают. И человек должен как-то гасить эмоциональный накал. Поэтому женщины сидят на антидепрессантах – таблетки в организацию при мне возили просто коробками. А мужчины пьют безбожно. Причём даже старейшины. Да, в теории у них – запрет на алкоголь. Но главное, чтобы за пределами организации тебя не увидели пьяным. Если увидят – очень плохо: могут вызвать на «правовой комитет». Это у них такое судилище, на котором решается будущее провинившегося. Главным образом, судят тех, кто решил уйти. Меня? Обязательно! Когда решил уйти.

Карьерный рост и положение в их иерархии зависят от того, как ты проповедуешь. То есть вербуешь. Все, кто по уровню выше рядового старейшины, оплачиваются. Но чтобы стать старейшиной, надо проповедовать по 130 — 140 часов в месяц. И сдавать отчёты. Если меньше – могут снять с финансирования.

Если ты вообще не сдаёшь отчётов, то с тобой начинают проводить работу. А потом ты становишься изгоем, от тебя все отворачиваются. Ничего с тобой не сделают, выгнать не выгонят, но ты почувствуешь, как у тебя сужается круг друзей. И остаёшься один.

Липовые отчёты? Нет, обычно там всё делают искренне. Есть «висяки»: люди, которые хотят уйти из организации, но боятся потерять семью. Если они уйдут, то всем родным, которые остались в культе, запретят с ними разговаривать. Это откровенный шантаж. И вот эти «висяки» – они врут в отчётах, да. Но если человек не «висит», а крепко «сидит» в организации, то всё делает честно.

Дело в том, что большинство свидетелей – люди необразованные. Они не могут найти хорошую работу. И держатся за зарплату в организации. Рабочие в их офисе или в типографии получают копейки – 3 тысячи в месяц на карманные расходы. А старейшины зарабатывают прилично. Поэтому они будут проповедовать, крестить, только чтоб остаться. В одном журнале «свидетелей» я прочитал: многие люди в мире не имеют работы, но работу искать и не надо, а лучше идти проповедовать, это гораздо приятнее. Такой дикий взгляд.

Поэтому образование не поощряется. Я вот, придя в организацию, бросил колледж. О высшем образовании я тогда и не мечтал, нам просто запрещено было его получать. Но в 2001 году я всё-таки восстановился в колледже. И был настоящий скандал – из-за того, что я так недуховно поступаю, подаю плохой пример молодёжи. После колледжа я пошёл в университет, чтобы наверстать упущенное, и оказался просто в оппозиции. Тогда уже и ушёл.

Почему не ушёл раньше? Реально боялся потерять семью. Потому что жена и сын тоже были в организации. У меня там остался хороший приятель, который всё это страшно критиковал, а уйти так и не смог. У него там родители, жена, ребёнок, и если он уйдёт оттуда, то им запретят общаться с ним. Он просто в заложниках. Мне повезло: я ушёл, а потом – и жена с сыном. А абсолютное большинство таких случаев кончается разводами.

В тот день, когда я всё-таки вышел, моей жене стали звонить и советовать, чтобы она ушла от меня. О разводе с ней говорили 11 человек. Мне хотелось просто набить им морды. Звоню им – сказать, чтоб отстали, а они не отвечают на звонки: у них запрет на общение со мной! Это у них так называется. Была у меня мысль просто пойти в прокуратуру. Потому что я понимал, что теряю жену. Но не было людей, на которых можно было опереться, я был один такой. Полгода жена приезжала оттуда домой и плакала. Её там уже начали врагом считать. Когда ушла всё-таки от них, то на следующий день утром проснулась и говорит: «Стас, почему я не сделала этого раньше?»

«Свидетели Иеговы»*: борьба за недвижимость в СПб стоимостью 1,5 миллиарда рублей

«Акт политических репрессий» — так представитель «Свидетелей Иеговы» * говорит о притеснениях, которым подвергаются верующие. Минюст потребовал изъять у организации имущество, а журналисты выяснили — о какой недвижимости может идти речь.
Эксперты: Ирина Панкратова — обозреватель газеты «Деловой Петербург»; Николай Менделев — обозреватель газеты «Деловой Петербург»; Ярослав Сивульский — зампредседателя Руководящего комитета Управленческого центра «Свидетели Иеговы» * в России.

*Техническая расшифровка эфира

Валентина Ивакина: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели. Это программа «Угол зрения» на радио СОЛЬ, у микрофона Валентина Ивакина. И тема, которую мы будем обсуждать сегодня, звучит так: «Свидетели Иеговы»*: борьба за недвижимость в Санкт-Петербурге стоимостью 1,5 миллиарда рублей».

«Свидетели Иеговы»* находятся в своеобразном эпицентре внимания, потому что последние несколько дней в Верховном суде России продолжаются слушания по иску о ликвидации «Свидетелей Иеговы*». Начнем мы наш эфир с того, что побеседуем с обозревателями газеты «Деловой Петербург» Ириной Панкратовой и Николаем Менделевым. Здравствуйте!

Ирина Панкратова: Здравствуйте! Николай рядом со мной сидит.

В.И.: Я знаю, что вы проводили расследование, которое касается недвижимости «Свидетелей Иеговы»* в Санкт-Петербурге. Что удалось выяснить, почему решили обратить внимание на этот вопрос?

И.П.: Мы решили изучить недвижимость иеговистов, потому что они появились изначально в Петербурге, это был первый город, где они стали развиваться в России. Здесь находится их так сказать храм основной. Как вы правильно сказали, сейчас идет суд. Верховный суд рассматривает иск о том, что запретить иеговистов в России. В том числе, накануне нашей публикации одним из требований Минюста стало изъятие недвижимости иеговистов. Естественно мы как петербургское издание решили изучить, какая у них есть недвижимость.

В.И.: Насколько тяжело было работать над этим вопросом? Потому что я знаю, что многие религиозные организации неохотно раскрывают информацию о том, что им принадлежит. В СМИ говорилось о том, что не шли на контакт как иеговисты, так и Минюст не озвучивал, о какой именно собственности идет речь.

И.П.: Конечно, для таких религиозных организаций мы с вами кажемся такими второсортными людьми, так что общаться с нами они не стремятся. Но есть Росреестр, там есть все данные. Я могу передать трубку Николаю, он как раз нашел список этих адресов, он может вам подробнее рассказать, по какой технологии он это делал.

Николай Менделев: Добрый день.

В.И.: Добрый день, Николай. Расскажите, как вы проводили свое расследование? Какую работу пришлось провести, с какими сложностями столкнулись и что в итоге удалось обнаружить?

Н.М.: Знаете, это было просто. Я начал гуглить и завел в поисковик один простой вопрос: «общины «Свидетелей Иеговы»* в Санкт-Петербурге». И нам с коллегой выдало несколько адресов. И мы стали механически пробивать все эти адреса в Росреестре. В Росреестре обозначаются не только адреса конкретных зданий, но и кому они принадлежат в прошлом, настоящем и, может быть, мы узнаем, что будет в будущем. Мы просто механически начали проверять каждый из этих адресов и натыкались на то, что-либо конкретные общины и так называемые «залы царств» принадлежат сейчас центру управления «Свидетелей Иеговы»* в России, либо эти земли принадлежат конкретным местным религиозным организациям «Свидетели Иеговы»*. Что характерно, на улице Фучика 6 в прошлом находился один из «залов царств Иеговы»*, но он был продан. Его выкупил за, как нам потом сказали специалисты, почти 170 миллионов рублей один из петербуржских миллионеров, крупных бизнесменов Эльдар Беглов. Он руководит брендами «Лосево». И он построил там «Восточную гимназию», частное учебное заведение, где ребята и взрослые люди изучают цивилизованно современный ислам.

В.И.: Как много объектов в итоге удалось вычислить? В материале целый список с подробными разъяснениями.

Н.М.: Мы нашли 4 «зала царств». Это место, куда «Свидетели Иеговы»* приходят 2 раза в неделю, локальные сообщества иеговистов. Мы также нашли один «зал конгрессов». Это гигантское здание и участок земли, там собираются примерно 2000 человек, они собираются по большим праздникам. И самое главное, что было найдено, хотя это общеизвестный факт: у «Свидетелей» есть так называемый «вефиль», переводится как «дом бога». Это место, где они живут своей коммуной, большой общиной. Это территория бывшего советско-пионерского лагеря, которую они выкупили на аукционе в начале 90-х годов. Кроме того, как нам сказали в пресс-службе иеговистов, всего на территории Петербурга находится порядка 15 «залов царств». Но многие не находятся в собственности, они арендуются у каких-то сторонних организаций.

В.И.: Сейчас, когда был поднят вопрос о возможном отъеме этой недвижимости, опять же, звучат предположения, что иеговисты переведут ту собственность, которая есть в их распоряжении, куда-либо за рубеж.

Н.М.: Когда мы начали изучать этот вопрос, мы пытались найти кого-то из свидетелей. И нашли Виктора Корецкого, это бывший иеговист, который провел в организации около 19 лет. Он очень плотно с ними все еще взаимодействует, пытается вывести оттуда других людей. У него есть своя организация, он держал руку на пульсе. И он сообщил, что, по слухам, есть такая тенденция, что все объекты недвижимости в Петербурге и в целом по России могут перейти под юрисдикцию Финляндии или Испании. Что интересно, в Солнечном, в курортном районе, где находится тот самый «вефиль», он не находится в собственности «Свидетелей Иеговы»* Петербурга. Он находится в собственности США, американской организации «Свидетели Иеговы»*. Там они назывались «Охранники сторожевой башни». Именно этим людям принадлежит самый большой центр «Свидетелей Иеговы»* в России, в поселке Солнечный.

В.И.: Слышу, Ирина вам подсказывает. Ирина, есть что добавить по этому вопросу, по собственности иеговистов, которую удалось обнаружить в Санкт-Петербурге? Про дальнейшую судьбу, про то, что происходит на данный момент с этими объектами?

И.П.: На данный момент они продолжают ими пользоваться. Я думаю, они приложат все усилия, чтобы продолжить ими пользоваться. У них есть схема, которая позволяет это сделать, — нужно быстренько переписать их все на зарубежные компании. Как нас говорили эксперты, конечно, правительство России постарается этот процесс остановить, заморозить его как-то, потому что в случае, если эти объекты достанутся все-таки правительству, тем более, практически бесплатно, это выгодный момент. Но среди экспертов было очень распространено мнение, что запрет этой организации нелогичный, неправильный, потому что в большинстве демократических страх, в Европе, в США иеговисты спокойно работают, никому не мешают. Конечно, спорная их деятельность. Но демократия предполагает разные виды религий. И никакого экстремизма в их действиях наши эксперты многие не видели. Они указывали на то, что их запрещают в Корее, в африканских странах, но не в демократических странах.

В.И.: На своем портале вы сообщали, что в распоряжении «Делового Петербурга» есть письмо российского управленческого центра иеговистов, которое было направлено старейшинам всех общин. Такой многостраничный документ, на котором прописана определенная инструкция, что делать. Что это за бумага такая?

И.П.: У иеговистов есть свой Ассанж, он сбежал из их организации и с другими борцами они выбрасывают такие документы в сеть. К нам попало такое письмо, которое рассылалось в их общины, как я понимаю, по всей России, в том числе, в петербургскую. И там очень подробно, на 6 листах описывалась схема, по которой после перевода недвижимости в собственность зарубежных компаний ею могут пользоваться российские общины. Суть в том, что они выбирают какого-то из верующих, одного человека, и он как физическое лицо становится управляющим вот этой недвижимостью, несет всю ответственность за нее — заключает договоры с какими-то ресурсоснабжающими организациями, ведет переговоры с местными властями и т. д. А организация просто на устной договоренности с ним пользуется этим помещением. Получается, что собственник помещения где-то за границей, официальный пользователь — некое физическое лицо, никаких вопросов нет. Вот такая схема.

В.И.: Также многие журналисты отмечают, что сами представители, юристы религиозной организации открыто говорят о том, что изъятие объектов, даже тех, которые будут найдены, невозможно, поскольку владеют многими из них иностранные организации, и собственники находятся в Испании, в Швеции, в Норвегии и в Австрии. Можно предположить, что по этой инструкции так же могут находить какого-то иностранного собственника, который находится за границей.

И.П.: Да, конечно. Если уже они успели перевести какие-то здания на иностранные компании, а они успели, насколько мы понимаем, эти здания действительно изъять будет очень сложно — на каком основании? Правительству надо будет доказать, что это именно иеговисты, доказать, что эта компания является представителем иеговистов, что она обязана вернуть эту недвижимость. Я это с трудом юридически даже представляю.

В.И.: На вашем же портале чуть ранее был опубликован материал о том, какие религиозные организации существуют в Санкт-Петербурге. В том числе, речь шла и про иеговистов. Писали, что зарегистрировано 4 местных религиозных организации «Свидетелей Иеговы»* и одна централизованная, управленческий центр. Также упоминалось, что существует как минимум 72 незарегистрированные группы. Когда вы проводили свое расследование, вы занимались поиском недвижимости, которая может относиться именно к официальным структурам? Про незарегистрированные структуры речи пока не идет?

И.П.: Да. Я думаю, что про них тоже будет сложно говорить, потому что нужно доказать, что это одна и та же организация. В принципе, недвижимость на 1,5 миллиарда, которую мы нашли, это уже немало. Если правительству удастся просто так ее забрать, получить в свое управление, это достаточно внушительный для Петербурга актив.

Николай может рассказать о том, как он общался с выходцами из организации этой. Они ему рассказали какие-то истории о том, как живут иеговисты, какие к ним требования. Там есть интересные моменты.

В.И.: Давайте, очень интересно. Правильно я понимаю, что речь идет о Викторе Корецком, который 19 лет состоял в организации «Свидетели Иеговы»*, потом оттуда вышел и теперь пытается оттуда людей извлечь?

Н.М.: Да, так точно. Он попал в организацию, когда ему было 5 лет, его привели родители. И по прошествии 19 лет он оттуда самостоятельно ушел. Как он сам это объяснял в одном из своих видеоблогов, видимо, сказалось на его уход и разочарование в религии то, что он читал еще в детстве очень много книг, которые позже не подходили под мировоззрение «Свидетелей Иеговы»*. И они зародили в нем ростки критического мышления. В частности, родители его этому потакали.

Что самое характерное, таких разочаровавшихся людей в общине «Свидетелей Иеговы» *очень много. Многие из них живут даже непосредственно в «вефиле». Скорее всего, как он сам предполагал, этот Ассанж, «сливающий» документы из управленческого центра «Свидетелей Иеговы»* — как раз один из таких разочарованных людей. Эти люди продолжают работать в «вефиле», продолжают находиться в общие. Но при этом они уже не верят в конкретно этот вид вероисповедания. Их там удерживает только одна вещь, это их социальные связи: семья, друзья, какой-то комфортный быт. Но все ритуалы они выполняют только на автомате. «Вефиль», как я уже сказал, это прообраз коммуны. Люди живут там практически бесплатно. У них есть на территории прачечная, все, что нужно для жизни. И им за это платят. Если в 2007 году им платили около 1,5 тысяч рублей в месяц, и все деньги уходили на путешествия по городу, на транспортные и бытовые расходы, то сейчас платят около 10 тысяч, а расходы все те же самые — транспорт и какие-то средства бытовой принадлежности. Но когда люди с этими деньгами выходят в открытый мир, и это нередкие случаи, они заходят в магазин и просто выносят оттуда вещи. Они не осознают, что за эти вещи в принципе нужно платить. Настолько люди отрешены от нашего мира и, может, даже забыли, каково в нем жить.

В.И.: Они не привыкли к этому, понятно, у них другой быт. Что вам еще рассказывали те люди, с которыми удалось пообщаться? Если остановиться на том же Корецком, вы сказали, он проводит борьбу со «Свидетелями Иеговы»*.

Н.М.: Да. Что характерно, он не стесняется называть «Свидетелей Иеговы»* сектой. А религиоведы, наоборот, не спешат с такими выводами, сектой не называют. Даже отец Андрей Кураев сказал, что это очень неприятная организация, но они не экстремисты, и это не секта. Да, они закрытые. Да, они могут вести себя немного надменно по отношению к людям, которые, по их мнению, грешны. Но они не сектанты, они не вырывают людей из контекста обычной жизни. Если не говорить о тех, кто уходит в «вефиль» и находится там постоянно.

Еще Корецкий рассказывал, что люди от жизни сильно-то не оторваны. Они могут работать. Но всегда они остаются белыми воронами. «Свидетели Иеговы»* не поощряют высшее образование. Поэтому вряд ли вы увидите «свидетеля» на позиции менеджера или инженера. Нет, это люди из обслуживающего персонала. И всегда они, находясь в коллективе, будут немного отличаться и иногда приглашать вас на свои собрания. Как нам говорили религиоведы, это очень мирные люди, крайне мирные. Они а) пацифисты; б) против военной службы вообще; в) не дают клятв. Они просто пытаются себя ни с чем не связывать. Они несут мир, как они его понимают. При этом их отчего-то, я не знаком с официальной позицией обвинения, считают экстремистами. Якобы прошла какая-то проверка, и ряд текстов «Свидетелей Иеговы*» посчитали экстремистскими. Хотя религиоведы считают, что это не так, и они не опасны.

В.И.: Нам удалось связаться с представителями движения «Свидетели Иеговы»* в России. Мы с ними побеседуем, вы можете даже не отключаться. И потом продолжим беседу с вами.

С нами на связи Ярослав Сивульский, зампредседателя Руководящего комитета Управленческого центра «Свидетелей Иеговы»* в России. Ярослав, здравствуйте.

Ярослав Сивульский: Добрый день.

В.И.: Правильно я понимаю, что вы сейчас находитесь на заседании суда?

Я.С.: Да. Сейчас объявлен перерыв до 14:30. Вы очень вовремя позвонили, иначе я бы не смог ответить.

В.И.: Попрошу вас рассказать о самых последних новостях с заседания суда. Какие можно выводы сделать на данный момент о происходящем?

Я.С.: Сегодня мы наблюдали, как представители министерства юстиции задавали вопросы стороне защиты. Это были вопросы по сути иска. Из этих вопросов видно, что позиция министерства юстиции не изменилась. Хотя по ходу заседания видно, что иск практически не основан на законодательстве. Он несколько эмоциональный, больше видно желание просто министерства юстиции запретить целую религиозную конфессию в нашей стране. Но вот что касается юридических аргументов, то их явно нет. С каждым часом мы видим, что для министерства юстиции ситуация все более усугубляется, потому что практически на все вопросы отвечают: «Не знаем, мы не устанавливали, мы не проверяли, это не входит в нашу компетенцию» и т. д. Пока такое состояние.

В.И.: А какие доводы вы приводите в свою пользу и представители управленческого центра «Свидетелей Иеговы»* в России?

Я.С.: Во-первых, самый простой довод — что «Свидетели Иеговы»* не экстремисты, они никогда не были замечены ни в какой экстремистской активности, не только в России, но и ни в какой другой стране мира. Вероучение «Свидетелей Иеговы»*, наоборот, учит людей добру, уважению, любви, а не ненависти или религиозной нетерпимости. Выводы Минюста о том, что «Свидетели Иеговы»* как-то причастны к экстремисткой деятельности, никаких фактических подтверждений не имеют. Что такое экстремизм? Это всегда политически мотивированное действие или призыв к действиям. Но «Свидетели Иеговы»* политически нейтральны, они никогда ни в каких конфликтах, политических действиях не участвовали. Поэтому обвинения настолько абсурдны, что очень сложно их всерьез воспринимать. Тем не менее, уже несколько дней продолжаются слушания в Верховном суде. С большим трудом, нам даже уже жалко представителя министерства юстиции, ей очень сложно просто аргументировано выступать в суде и подтверждать свою позицию. По сути, аргументов больше, чем-то, что «Свидетели Иеговы»* считают себя истинной религией, у нее нет.

В.И.: Мы до вас беседовали с обозревателями газеты «Деловой Петербург». И они провели такое расследование относительно недвижимости «Свидетелей Иеговы»* в Санкт-Петербурге, что Минюст требует изъять имущество. По этому поводу что-то известно, как продвигается дело в этом направлении?

Я.С.: Да, в иске министерства юстиции перечислены многие объекты недвижимости «Свидетелей Иеговы»*, например, «зал конгрессов» на Коломяжском проспекте, наш управленческий центр, другие богослужебные здания. Пока что суд не рассматривал суть вот этих требований. С нашей точки зрения, это тоже выглядит весьма кощунственно со стороны государства, потому что все эти богослужебные здания были построены на деньги наших верующих, не только из нашей страны, но и из соседних, скандинавских стран, например. Они приезжали, помогали нам строить. Это длилось очень длительное время. И вот теперь, когда у нас есть несколько объектов недвижимости, это все — богослужебные здания, у нас нет никакой коммерческой недвижимости, потому что «Свидетели Иеговы»* не занимаются коммерческой деятельностью, государство теперь пытается это все отнять вот таким, как им кажется, простым способом — обратиться в Верховный суд с иском, и суд решит передать эти здания в пользу государства. Мы считаем, это очень несправедливо. И даже возврат к репрессиям, потому что как еще назвать иначе, как не актом политических репрессий то, что сейчас происходит? «Свидетели Иеговы»* уже переживали трагическую историю в нашей стране. Например, наша семья была сослана в Сибирь, многие другие подвергались длительному тюремному заключению, вплоть до 25 лет, подвергались ссылкам, гонениям и т. д. Это было, конечно, во времена Сталина, Хрущева, Брежнева. Но тем не менее. Сейчас мы куда возвращаемся? В Советский Союз? Непонятно, что вообще происходит в этой сфере.

В.И.: Допустим, сейчас самый неблагополучный исход для «Свидетелей Иеговы»*. Что дальше тогда?

Я.С.: Мы еще имеем оппозиционную инстанцию в Верховном суде, она будет рассматривать. Если мы проиграем и в ней, мы тогда будем обращаться в ЕСПЧ, это все на юридическом фронте, других инстанций нет. Но если говорить о деятельности «Свидетелей Иеговы»*, то, как и во времена гонений в Советском Союзе, никто из верующих не перестал быть верующим, даже из-за ссылок или угроз тюремного заключения. Тем более, сейчас никто верить запретить не сможет. Наше вероучение основано исключительно на Библии, Библию никто отнять не сможет. Мы будем пользоваться любым переводом Библии, будем жить по ней, будем делиться своими убеждениями с другими, какую бы цену за это заплатить ни пришлось. В этом суть «Свидетелей Иеговы»*. Они никогда не сдаются, не отступают назад, если понимают, что-то, что они делают, это правильно с точки зрения бога, Библии, человеческих ценностей.

В.И.: Ярослав, спасибо большое, что вышли с нами на связь. Я так понимаю, вам надо возвращаться на заседание суда.

Для радиослушателей напоминаю, что с нами на связи был Ярослав Сивульский, зампредседателя Руководящего комитета Управленческого центра «Свидетелей Иеговы»* в России.

Возвращаемся с нашим предыдущим спикерам. Мы беседуем с обозревателями газеты «Деловой Петербург» Ириной Панкратовой и Николаем Менделевым. Николай, я вас прервала, вы рассказывали о том, что удалось узнать от тех людей, которые состояли в «Свидетелях Иеговы»* в Санкт-Петербурге. Что еще интересного вам удалось выяснить в рамках своего расследования?

Н.М.: Представитель организации рассказывал, как все эти объекты культа строились. Что интересно, выдуман новый интересный способ избежать кредитования, которое в христианстве не очень почитается. Если вы хотите представлять какую-то небольшую общину где-то в России, и вам необходимо построить свой объект культа, вы должны взять ссуду в управленческом центре. И они эту ссуду вам дают. Конкретному представителю из вашей общины. Чаще всего это бизнесмен. Как только здание будет построено по типовому аналогу, они все одинаковые, этот бизнесмен будет обязан объявить себя банкротом. И чтобы погасить ссуду, ему предстоит ввиду банкротства отдать это здание на баланс управленческого центра. И да, обычно приезжают строить эти объекты культа люди, специальная строительная бригада из «вефиля» в Солнечном или их коллеги из ближайших стран. Чаще всего это Финляндия или Испания. Там, где наиболее сильны позиции «Свидетелей».

В.И.: От Ярослава прозвучало, что почти все объекты, которые имеются в собственности у «Свидетелей Иеговы»* построены представителями самой организации. Эта же схема, да?

Н.М.: Да-да, конечно, он не солгал, все так. Все они делают на собственные деньги и деньги жертвователей. Даже строительство происходит силами самих иеговистов, они сами кладут кирпич, проводят коммуникации и т. д. Они все вполне самостоятельно.

В.И.: Еще вам вопрос как жителями Санкт-Петербурга. Вы ощущаете присутствие иеговистов в Санкт-Петербурге?

И.П.: Я думаю, что мы его мало ощущаем, особенно по сравнению с 90-ми, когда в каждом ящике была газета «Сторожевая башня». Мне кажется, многие могут это припомнить. Сейчас уже такого нет. Но бывает, что они ходят по квартирам, стучатся, звонят, пытаются что-то проповедовать. Но честно говоря, у меня не было ощущения, что это самая опасная, какая только может быть, секта. Я думаю, что если у человека есть своя голова на плечах, то вряд ли они представляют невероятную опасность.

В.И.: А газета, которую вы назвали, это что такое?

И.П.: Когда они пришли в Россию, они стали привлекать людей в свои ряды и выпускали такую забавную газету. Их второе название же — это «Объединение сторожевой башни». И в этой газете они как раз трактовали Библию как-то. Это выглядело не столько как проповедничество, сколько как призыв людей к лучшей жизни, «мы научим вас, как надо жить правильно, как все на самом деле» и т. д. В 90-е наши неокрепшие умы могли это все воспринимать серьезно. Потом, как я понимаю, эта газета перестала им приносить новых людей в их ряды. Я ее уже очень давно не видела.

В.И.: А есть данные, сколько человек являются приверженцами «Свидетелей Иеговы»* в Санкт-Петербурге и в регионе?

И.П.: Мы такие данные попытались подсчитать. Но в последнюю перепись населения вообще не спрашивали людей об их религии. Поэтому корректных официальных данных просто нет. У самих иеговистов есть свои подсчеты, сколько у них людей. Не уверена, что они корректны, но у них они достаточно оптимистичные. Я там видела сотни тысяч, если не ошибаюсь.

В.И.: Только по Санкт-Петербургу?

И.П.: Нет, там, по-моему, все-таки о России шла речь.

В.И.: Николай, как я понимаю, в рамках подготовки к расследованию вы контактировали с большим количеством лиц. Уже звучало, что довольно мягко люди высказываются, мало кто говорит о том, что «Свидетелей Иеговы»* надо запретить. Какие еще точки зрения вам приходилось слышать по этому поводу?

Н.М.: Абсолютно никто не сказал о том, что нужно их запретить. Но при этом был ряд религиоведов, которые просто отказывались эту тему комментировать. Несмотря на то, что сопереживали «Свидетелям», несмотря на то, что они также не считали их экстремистами, они были просто напуганы официальным традиционным христианством и считали, что любая поддержка «Свидетелей Иеговы»* может как-то негативно повлиять на их работу. Они опасались, что их самих могут привлечь за оправдание экстремизма, если «Свидетелей» будут потом считать экстремистами.

В.И.: То есть многие боятся, потому что что-нибудь скажешь, а потом окажется, что ты защищаешь экстремистов. Но кто-то ведь все равно согласился с вами поговорить, комментарии, сказанные дипломатами.

Н.М.: Нет, никто не пытался дипломатично обойти острые углы. Кроме, пожалуй, отца Андрея Кураева. Он представитель традиционного православия, традиционного христианства. И высказывался при этом довольно мягко. Да, он не считает «Свидетелей Иеговы»* приятной организацией, как он сам сказал, и рекомендовал держаться от них подальше. Но обвинения в их сторону он не считал обоснованными и справедливыми.

В.И.: Зачитаю комментарий Андрея Кураева: «Это натягивание совы на глобус. Я бы никому не советовал иметь дело с иеговистами, судя по их инструкциям. Но они не призывают кого-то взорвать или повесить. Они отказываются от радикальной политической позиции, службы в армии, клятв. Давайте тогда и толстовцев экстремистами назовем.

Попытки запретить иеговистов не делают чести репрессивной структуре, которая этим занимается. Так она лишь встраивается в список режимов, которые пытались это сделать, в том числе таких, как Третий рейх и сталинский Советский Союз». Жестко, аналогии-то приводятся страшные.

Н.М.: Жестко, но не по отношению к «Свидетелям», а по отношению к действующему государству и позиции министерства юстиции.

В.И.: Относительно собственности, которую удалось обнаружить, озвучена цифра 1,5 миллиарда рублей. Откуда эта цифра взялась?

Н.М.: По нашей обычной схеме: когда мы пытаемся оценить какую-либо недвижимость, мы ее находим, находим ее кадастровый номер, а значит, мы узнаем, какая у нее реальная площадь. И дальше предлагаем экспертам рынка недвижимости оценить, сколько это может все стоить на рынке. Да, мы имеем, с одной стороны, проблему, что рынка недвижимости религиозной направленности в принципе не существует. Но эксперты нашлись, которые предполагали, как эти здания могут в принципе оцениваться, по какой земле стоит их продать. А земля, которая находится под этими зданиями, всегда в цене, и с землей было куда проще. Эксперты оценивали ее легко и особо не задумываясь о ее предназначении.

В.И.: Правильно я понимаю, что многие объекты находятся в центральной части города?

Н.М.: Да. Дело в том, что в 90-е господа Яковлев или Собчак были очень благонастроены к «Свидетелям Иеговы»* и не стеснялись им отдавать довольно неплохие участки земли и здания. Сейчас позиция руководства изменилась.

В.И.: Спасибо большое, что побеседовали с нами.

Напомню, что мы беседовали с обозревателями газеты «Деловой Петербург» Ириной Панкратовой и Николаем Менделевым. Обсудили борьбу за недвижимость, которая развивается в Санкт-Петербурге.

Наши коллеги из Санкт-Петербурга, пока проводили расследование, успели побеседовать с рядом известных людей и религиоведов. Точку дьякона Андрея Кураева мы уже озвучили, его комментарий, довольно жесткое высказывание, но не в отношении «Свидетелей Иеговы»*, а в отношении тех структур, которые сейчас пытаются на это движение воздействовать. Есть, например, комментарий религиоведа Владимира Егорова, я тоже зачитаю: «Претензии к иеговистам мне кажутся несправедливыми. Ни в одной демократической европейской стране их не считают экстремистской организацией. Я встречал их во многих странах. Везде они мирно стоят на улицах, раздают свою литературу, никому не мешают. Да, у них много недвижимости, и, если их признают экстремистами, все достанется государству. Есть опасения, что это только начало. Следующими станут мормоны, возможно, Армия спасения, Новоапостольская церковь, кришнаиты». Кстати, журналисты из Санкт-Петербурга пытались выяснить, какие еще религиозные движения существуют в Санкт-Петербурге, их довольно много.

В связи с заседанием суда, которое сейчас проходит в Москве, в связи с этим судебным процессом, который стартовал 5 апреля, тоже возникают разные конфузные ситуации. На некоторых интернет-ресурсах появились сообщения о том, что на днях московских студентов согнали к зданию суда, и при этом многие СМИ, в частности, РИА «Новости», Life, НТВ показали этих студентов, которые стоят на улице и ждут, пока их запустят внутрь, как представителей «Свидетелей Иеговы»*. При этом студентам сказали, что они должны прийти на заседание совсем по другим причинам. Они не являются представителями этого движения. В интернете опубликовано письмо, которое прислал один из студентов, там говорится о том, что в университете им предложили сходить на заседание Верховного суда по делу «Свидетелей Иеговы»* в качестве наблюдателей, сказали взять паспорта, студенческие билеты и хорошо одеться. Студенты подумали, что это интересный опыт, и согласились посмотреть на процесс судопроизводства изнутри. Нужно было набрать группу из 30 человек, людей набрали. В письме говорится о том, что дальше события стали развиваться, как у Кафки. Сначала им сказали подойти в 8:45, потом прийти в 7:45. Ответственные студенты встали и пришли к 6. Опять же, зачитаю отрывок из этого письма: «Отмечу, что кроме нас, видимо, позвали еще кого-то, потому что людей было явно больше 30 человек. Но нас, как это принято в России, без извинений и лишних церемоний отправили по домам». Несмотря на то, что они замерзли, внутрь их не пусти, они простояли 2.5 часа. Молодой человек пришел домой злой и на суд, и на университет, как отогрелся, стал успокаиваться, а потом ему начали одногруппники кидать ссылки на РИА «Новости», «Пятый канал», и на этих ресурсах говорилось о том, что «Свидетели Иеговы»* стоят в очереди, но это стояли обычные студенты.

Справедливости ради хочу сказать, что мы пытались связаться со студентами из МГУ, и те, с кем нам удалось созвониться, сказали, что они не слышали об этой истории. С другой стороны, участие в этом мероприятии принимало порядка 30 человек, может быть, все остальные об этом и не знают.

Насчет «Свидетелей Иеговы»* можно найти много противоречивой информации в СМИ. Например, на «Портал-credo.ru» накануне был опубликован материл о том, что православный антисектантский центр из Воронежа был уличен в подбросе «Свидетелям Иеговы»* запрещенной литературы. Представители «Свидетелей Иеговы*» говорят, что порой правоохранительные органы пытаются их как-нибудь подставить, подбрасывают литературу, которая является запрещенной в России или, может быть, признана экстремисткой, поэтому таким нечестным путем организацию запрещают. Что пишут журналисты портала credo.ru: «Свидетелям Иеговы* удалось установить факт того, что в Воронеже «экстремистскую литературу» правоохранителям передали структуры, связанные с РПЦ МП. На одной из книг («Чему на самом деле учит Библия?»), находящейся в материалах дела в пакете № 5, имеется поле, в которое можно вписать имя владельца книги. В этом поле стоит надпись «ИКЦМВ», что означает «Информационно-консультационный центр св. Митрофана Воронежского». Подброшенная книга была «обнаружена» под слоем ковролина, на котором стоял горшок с цветами. В деле имеется второй экземпляр этой же книги, на полях которого есть пометки шариковой ручкой, представляющие собой критические замечания по отношению к тексту книги. Очевидно, что пометки делал человек, не согласный с позицией СИ. Несмотря на фальсификацию доказательств, суд в Воронеже встал на сторону Свидетелей Иеговы* и принял к сведению доказательства подброса. 2 марта нынешнего года суд отметил противоречивость показаний свидетелей обвинения и отменил решение нижестоящего районного суда о ликвидации воронежской организации СИ». То есть ранее была информация признанной, что был подброс, но при этом организацию все равно было предложено ликвидировать.

Напоминаю, что в Верховном суде продолжаются слушания, решается судьба «Свидетелей Иеговы»* в России, будет запрещена эта организация в стране или нет. Представителей этого движения обвиняют в экстремизме, и также чуть ранее министерство юстиции потребовало изъять все имущество, которое принадлежит центральной организации «Свидетелей Иеговы»* в России. Мы связывались с журналистами из Санкт-Петербурга, которые провели свое расследование, и попытались выяснить, что же именно находится в собственности у «Свидетелей Иеговы»* в культурной столице России. У микрофона работала Валентина Ивакина. Это программа «Угол зрения» на радио СОЛЬ. Услышимся.

* Организация, запрещенная в России.